В шумных коридорах старшей школы, Людочка и ее друзья бурчат приказами на уроках военных стратегий. Мальчик с веснушками пытается прикрепить плакат к стене, забыв о правилах безопасности. В воздухе чувствуется напряжение перед важной тренировкой, а вокруг звучит легкая игра слов и шутки, которые будоражат души подростков....
Как и в прошлый раз, они пошли по аллее, и так же накрапывал мелкий дождик, только листва изменилась — сентябрь уже успел насыпать щедрые горсти золотых и багряных монеток в прежнюю густую зелень.
— Я просто хотела тебе рассказать, что было после того, как я…
— Умерла, да?
— Откуда знаешь?
— Я был на твоих похоронах. Нет, при твоей первой жизни мы не встречались. Кандидат в депутаты Сальников привлек меня к избирательной кампании уже после гибели своей дочери в горах. Чтобы я помог надлежащим образом осветить это в прессе.
— Почему не сказал?"
"— Ты же сама не захотела слушать. В конце концов, это твое дело, под каким именем жить, с кем жить и как жить.
— Что ты говоришь, Валентин! Какого еще киллера искал мой отец?
— Самого обычного. Черт, смешно как! Киллеры в нашем обществе сейчас — самое обычное дело. Да… Он вдруг узнал, что его любимая жена встречается с первым мужем. Некий доброжелатель передал ему фотографии.
— Откуда ты знаешь, что было на этих фотографиях? — хрипло спросила Люда. И Валентин догадался:
— Неужели же это ты их снимала?
— Да. Я.
— Вот так номер! — Он рассмеялся как-то невесело. — Теперь понимаю. Дамочка на бежевых «Жигулях». Я сразу понял, что в парике.
— Красный «Гольф». У тебя был красный «Гольф».
— Ну да, был. Я быстро сообразил тогда, что у нас с этой дамочкой общие интересы. И, грешным делом, решил ее подставить. — Валентин сделал паузу, а потом спросил: — Ведь он тебя в тот вечер ждал в офисе в девять часов?
— А пришел ты. Но как же так? Почему? Ты же только посредник?
— Да, сейчас только посредник. А тогда твой отец меня крепко за горло взял. Старые дела.
