Новый recruit Алексей пытается перебраться через холодный ручей в Сибири, но прокладывает себе дорогу по воде и замерзает. Теперь он должен вернуться домой, и вот какая нелепость: вымок до такой степени. Помчавшись к избушке, надеясь быстрее просохнуть одежду в пути, recruit столкнется с новыми приключениями в мир разведки и штраф-батальона....
Андрей воровато оглянулся.
– Еще кто-нибудь видел это, кроме тебя?
– Откуда мне знать? Я по сторонам не смотрел.
– Ну, если кто-нибудь еще видел и сдаст, мне конец.
– Ладно, Бог не выдаст, свинья не съест.
Они пошли в вырытый немцами небольшой капонир, к миномету.
– Знаешь, как из него стрелять? – спросил Алексей.
– Видел. Что тут сложного? Бери мину и кидай в ствол.
– А покажешь?"
"Немецкий миномет имел особенность. На наших минометах дальность выстрела определялась или навеской дополнительных пороховых мешочков с вышибным зарядом, или опусканием-поднятием ствола за счет винта на двуноге.
– Пальнем? – предложил Андрей.
– Как думаешь, какая дальность до траншей?
– Метров триста.
– И я так думаю. Неси мину.
Ящики с минами были в ровике, только располагались они неудобно: ровик был отрыт в сторону второй линии траншей, и при пулеметной стрельбе запросто можно было попасть под пулю.
Алексей установил дальность, Андрей поднес мину.
– Бросать?
– Погоди, давай мину посмотрим.
На взрывателе мины оказался алюминиевый колпачок – для безопасности транспортировки. Они скрутили его и опустили мину в ствол миномета. Хлопок! Миномет подпрыгнул на опорной плите, и оба штрафника стали смотреть, куда упадет мина.
Разрыв произошел за траншеей.
– Далековато.
– Ага, надо убавить дальность, – Алексей крутанул ручку клапана.
– Еще? – предложил Андрей.
– Погоди. Давай ящики подтащим к миномету. Начнется атака, можно будет немцев минами закидать, а в ровик не набегаешься.
– Ты всегда такой?
– Какой?
– Предусмотрительный.
Алексей пожал плечами.
– Тогда чего со мной за водкой поперся?
– За компанию.
– А теперь расхлебываешь.
– И тебя бросить?
– Для штрафбата что один, что двое… Обернись на «нейтралку», вон сколько наших лежит. У них что, вина серьезная? Сам знаешь, трусов и перебежчиков если ловили, то их стреляли на месте.
– Ты хочешь сказать, что нас неправильно осудили?
– С точки зрения закона и трибунала – все правильно. А ты себя виноватым чувствуешь?
– Вроде нет.
– И я нет.
