Она стояла перед домом, устремив взгляд на выцветшие облупленные окна. Дверь была заперта и огорожена старой грымзой — скромной старухой с мудрыми глазами и суровым выражением лица. Внутри пахло смолой и устаревшими бумагами, как будто время здесь замедлило свой ход.
Граф уйдет в свою жизнь, а я снова останусь одна. К сожалению, любовь для мужчин не имеет большого значения. Честь, долг, дружба, карьера — все это гораздо важнее, чем самые искренние чувства. Горн сумеет справиться со своей слабостью. Пройдет какое-то время, и в его жизни появится другая женщина, другие отношения, другая страсть. А я? Я сумею? Смогу его забыть? Вряд ли.
Мы миновали заснеженную площадь, прошли через парадные ворота и оказались на пустынной Гарневилльштрассе. Не считая охраны, спрятавшейся от мороза в караулке, вокруг не было ни души, но мне на мгновение показалось, что я чувствую на себе чей-то недобрый взгляд.
— Открывай портал, Эр, и побыстрее, пока Кейт окончательно не заледенела.
Горн прижал меня крепче. Светлое манто смялось под его руками. Тонкий мех почти не защищал от холода, широкий капюшон продувался насквозь, а в шелковых перчатках безбожно мерзли пальцы. Когда сегодня утром Эрик принес мне мягкую накидку из шиншиллы, я не подумала, что могу в ней замерзнуть, и сейчас пожинала плоды своей глупости.
— Сатего!
Каллеман вскинул руку. Секунда — и перед нами замерцала зыбкая дымка.
— Ты первый, — кивнул маг.
— Уступаешь? — усмехнулся Фредерик.
Он вошел в телепорт, Эрикен шагнул следом, и портал моментально схлопнулся, выкинув нас в каком-то странном сыром подвале.
— Это еще что? — маг удивленно огляделся вокруг.
— Какое направление ты задал, Эр? — напряженно спросил Горн. Он обвел взглядом сырые каменные стены и вопросительно посмотрел на друга.
— Рес! — Каллеман нахмурился. — Мы должны были выйти в департаменте. Вероятно, магия дворца сбила настройки. Я попробую еще раз.
Маг прошептал что-то, вскинул руку…
— Проклятье! — он растерянно уставился на Дерека. — Не получается. Попробуй ты.
Граф щелкнул пальцами. Я уже давно заметила, что он очень редко произносит заклинания вслух. Вот и сейчас, короткий щелчок заставил воздух завибрировать. Правда, спустя секунду колебания прекратились, а Горн нахмурился.
— Магия здесь не работает, Эр, — задумчиво сказал он. Глаза его затопила чернота.
— Странно. Может, попробуешь воспользоваться тьмой?
Вместо ответа Фредерик властно произнес:
— Эссентио!
В воздухе слабо замерцала крошечная точка. С каждой минутой она становилась все больше, разрастаясь в колышущийся черный шар, но в какой-то момент что-то пошло не так, и все исчезло.
— Спирито!
Перед нашими глазами вспыхнули искры. Горн резко вскинул руку.
