В тревожном молчании Лос-Анджелеса, где туман обволакивает каждое здание, телефонный звонок разбуждает его с порога утра. Это предвещает что-то непростое: подразделение Восьмой А семьдесят три — отдел по киберпреступлениям. Клиент требует анонимного присутствия в этом странным образом оживленном месте, где все устремлено наружу, будто надежда висит за окнами....
— Я заметил. Трейси, дорогая, я больше всего на свете хотел бы трахнуть тебя, как ты поэтически выражаешься, но ты мне не дала ни шанса.
Протиснувшись мимо него в переднюю, Трейси уронила чемодан и захлопнула дверь.
— Я даю тебе шанс сейчас.
Такого с Пирсом еще не бывало. Шелковистые волосы, мягкая плоть, пышные груди и влажные, теплые восхитительные глубины, жаждавшие его. Такого у него не было ни с одной женщиной. Он немедленно сделал предложение.
Трейси рассмеялась:
— К чему спешить? Я не из тех, кто спешит в капкан.
— Я тоже, — честно ответил Пирс.
— Почему же предлагаешь? Перестань просить меня делать то, что самому тебе не нравится. Дурная привычка.
— Я попросил потому, что хочу тебя. А я всегда получаю то, что хочу.
— Ха! Это факт? Только не в этот раз, ваша милость, — вызывающе бросила Трейси. — Я не согласна.
Даже если покрыть Трейси платиной, Пирс не смог бы любить ее больше.
Они поженились через шесть недель.
Первые восемнадцать месяцев Хенли были безумно счастливы.
Однажды он спросил ее:
— Что ты делаешь, пока я сижу в офисе?
— Снимаюсь в порнофильмах, — ответила она не задумываясь.
Пирс ухмыльнулся, посчитав себя счастливейшим в мире человеком, и отнес ее в постель.
Трейси была идеальным сексуальным партнером, всегда готовая на все, всегда изобретательная. Никогда не требующая секса в те вечера, когда он был чересчур озабочен или слишком уставал. Единственным облаком на их супружеском горизонте было то обстоятельство, что Трейси, по ее словам, не могла иметь детей.
— Боюсь, тут ничего не поделаешь. Мое снаряжение сломалось, — деловито сообщила она.
— Какая именно часть снаряжения?
— Не знаю. Целиком. А что? Разве ты не слишком стар, чтобы менять пеленки?
Пирс рассмеялся:
— Не я же буду их менять! Кроме того, тыне настолько стара. Неужели не хочешь иметь ребенка?
Трейси не хотела, но сколько бы ни повторяла это, муж ей не верил.
