– Что ты здесь делаешь, позволь узнать?
Приветливым тон Камерона отнюдь не назовешь, хотя его можно понять, учитывая, как злобно сверлила его взглядом Шарлотта. Это странно. Камерон говорил, что они расстались вполне мирно, да и в досье ЦРУ говорилось то же самое.
– Угадай с первой попытки, – прошипела Шарлотта.
– Я в самом деле представления не имею, – без всякого выражения проговорил Камерон. – Но что бы ни было, не понимаю, почему мы не могли обсудить это по телефону.
– О, не понимаешь? Неужели? Ты за последние полтора года не ответил ни на один мой звонок, ни на звонки моего адвоката, а теперь не понимаешь, почему я просто не позвонила?
Трейси шагнула вперед.
– Трейси Уитни. Приятно познакомиться.
Она протянула руку, и, к ее удивлению, Шарлотта тепло пожала ее.
– Мне тоже.
Это игра воображения, или в голосе Шарлотты действительно проскользнула сочувственная, даже жалостливая нотка?
Что бы там ни было, все исчезло в ту же секунду, когда она повернулась к бывшему мужу.
– Ты не перечислил мне ни цента за восемь месяцев, – рявкнула Шарлотта.
– Неправда, – спокойно ответил Камерон.
– Правда! И ты знаешь, что это правда! Ты, один из самых богатых людей Америки, сидишь как Крез на своей грязной империи сланцевого газа! А меня вышвырнули из квартиры, пока ты живешь тут в президентском люксе со своей очередной подружкой! Не обижайтесь, мисс Уитни, – обернулась она к Трейси, – вы не виноваты в том, что он лживый коварный змей."
"Трейси нахмурилась. Грязная империя? Что Шарлотта Крю хотела этим сказать? Это просто горькая обида бывшей жены? Конечно, вполне возможно. И все-таки что-то показалось странным. В конце концов, у Шарлотты с Камероном был общий сын, они его потеряли. Разве это ничего не значит? Несмотря на все крики и неистовство, Шарлотта не произвела на Трейси впечатления злобной тетки.
Она поймала себя на том, что настороженно ждет реакции Камерона.
– Шарлотта, это абсурд, – ответил он коротко. – Пожалуйста, прекрати. Ты ставишь в неловкое положение и меня, и себя. Никто тебя не выселял. Это выдумка. – Кинув извиняющийся взгляд на Трейси, он снова повернулся к бывшей жене: – Когда ты в последний раз виделась с доктором Уильямсом?
Похоже, это окончательно вывело Шарлотту из себя, и она завопила:
– Пошел твой доктор Уильямс на хрен! И ты вместе с ним, Камерон! Какое позорище! Занимаешься жалкой борьбой за власть с твоими-то деньжищами? Маркус бы тебя стыдился.
В глазах Камерона сверкнуло что-то, очень похожее на ненависть.
– Не смей приплетать сюда сына.
– Я буду делать то, что считаю нужным! – с вызовом заявила Шарлотта. – Он был и моим сыном, так что воспоминания о нем принадлежат не только тебе. Их нельзя купить, как ты покупаешь все остальное.