– Почему вы пришли сегодня? – спросила она мягко.
Кейт подняла на нее измученные глаза.
– У вас в жизни никогда не было ситуаций, когда то, что вы задумывали как благое дело, из лучших побуждений или соображений справедливости, вдруг выходило из-под контроля и приводило к ужасным последствиям?
– Случалось. Не все оборачивалось так, как я ожидала, не так, как надеялась, – твердо ответила ей Люси.
– Но ведь никто не погибал из-за ваших ошибок, так?
– Вы правы, Кейт: никто не погибал. Не хотите рассказать, в чем дело?
Вдова медленно покачала головой, несмотря на то, что очень хотела все рассказать доктору Грей, отчаянно хотела. Ей или хоть кому-нибудь! Избавиться от этого бремени. Но разве это возможно? Если бы тут был Дэниел!
Но если бы волшебным образом он оказался здесь, ничего такого не случилось бы.
После звонка Хантера Дрекселя она практически не спала. Он хотел повидаться с ней и предложил встретиться, но это невозможно! От одной только мысли ее бросало в дрожь.
Алтея была всемогущей, бесстрашной, неуязвимой. Но Хантер Дрексель знал правду, потому назвал ее Кейт. Звук его голоса все разрушил, рассеял иллюзию, как это сделала Дороти, отдернув занавеску у Волшебника из страны Оз.
Но ее мысли занимал не только Хантер. Образы подростков из Нейе, их юные тела, изрешеченные пулями, не выходили из головы день и ночь. Смерть Генри Кранстона не вызывала никаких эмоций. Это убийство никому не было нужно, но проливать слезы по такому ничтожеству, как Кранстер, она не хотела. Но дети!
Неужели она сама положила начало этой жестокости, этому кошмару, организовав убийство капитана Дейли?
Неужели это она открыла ящик Пандоры?
В тот момент она была уверена, что поступает правильно, что это соответствует ее убеждениям. После того, что сделал Боб Дейли, это казалось ей единствено правильным, справедливым и необходимым. Но теперь ее грызли сомнения, словно она утратила способность отличать правильное от неправильного. То, что раньше казалось таким ясным: это черное, а это белое, теперь выглядело серым и туманным.
«Скажи, Трейси, с тобой тоже было так, когда тебе приходилось скрываться от закона? От нас? Ты всегда чувствовала себя поборницей справедливости, вроде Робин Гуда, или все-таки сомневалась, просыпалась ночами и спрашивала себя: «Во что я превратилась? Я же просто мошенница и воровка».
Разумеется, Трейси Уитни изменилась, стала порядочной, остепенилась, но разве можно по-настоящему убежать от своего прошлого? От своей темной стороны?
– Кейт? – вырвал ее из раздумий голос доктора Люси Грей.
Интересно, сколько времени она просидела вот так, задумавшись?
– Пожалуйста, позвольте мне помочь вам. Расскажите, что случилось. Вы определенно пришли сюда сегодня не просто так.
Кейт Эванс встала.
– Не могу.