Второй угодил в нос: раздался хруст ломающейся перегородки. Кровь хлынула по лицу Дерека, заливая новую льняную рубашку. Возможно, ему было больно, но он не чувствовал этого – так велико оказалось изумление. Дерек попытался освободиться из цепкой хватки полицейских, но его очень быстро затолкали в раздолбанный фургон и принялись избивать.
Возможно, Дерек и был в сознании, когда его посадили в самолет, но он не запомнил ни регистрацию, ни прохождение таможни. В памяти отчетливо отпечаталось, как он идет по бесконечно длинному коридору, и при каждом шаге ломит бедра и колени, а затем лежит на белой кушетке в белом кабинете, и мужчина в белом халате делает ему укол. Детектив пришел себя, только когда шасси самолета коснулись асфальта в аэропорту Лос-Анджелеса. Оба сиденья рядом с ним были пусты.
В зале прилетов Дерека встречала жена. В ее глазах застыл ужас.
– Мне позвонил какой-то хам, назвавшийся представителем консульства в Мехико-Сити, и сказал, что тебя загрузили на борт. Я даже не сразу поняла! Что значит – загрузили? Я думала, это розыгрыш. Господь милосердный, что с тобой случилось?
– Точно и не скажу, – промямлил Дерек. Его распухшие губы с трудом разлипались. – Минуту назад я ждал встречи с мексиканской шишкой, и вот уже два придурка дубасят меня по ребрам и депортируют из страны."
"– Тебе надо к врачу, – простонала Лорейн. – Давай заедем в ту клинику на Пико. И нужно подать заявление в полицию. Что ты трясешь головой, Дерек! Ты американский гражданин, в конце концов! У тебя есть права!
– Никакой полиции, – оборвал ее Уильямс. – И доктор мне без надобности.
– Что значит – без надобности? С ума сошел?
– Я сказал: нет, – повторил он громче. – Прости, милая. Давай просто поедем домой. Я лягу спать, а завтра позвоню родителям Шарлотты.
– Да как вы смеете! – Угрожающе размахивая кулаками, Такер Клэнси перешел на крик, и Уильямс поморщился: голова раскалывалась. – Мы отправили вас в Мехико, чтобы узнать, что случилось с дочерью, а не затем, чтобы вы вернулись с этими гадкими сплетнями. Да вы вымазали ее имя в грязи! Если вы скажете про Шарлотту еще хоть слово, я, клянусь Богом, вытрясу из вас назад все заплаченные деньги, до последнего цента!
– Это не сплетни, мистер Клэнси, – упрямо повторял Дерек. – Судите сами: зачем мне порочить честное имя вашей дочери? Если правда смущает вас, она останется между нами. Даю вам слово детектива, ведь вы мои клиенты.
– Бывшие клиенты! – рявкнул Такер Клэнси.
– Сэр, все, что мне нужно, это справедливость. Я далеко продвинулся в расследовании. И то, что со мной произошло, лишний раз доказывает, что я на верном пути. Я явно сел на хвост каким-то очень влиятельным людям.