Тони двинулся вдоль вешалок, выбирая среди простых, уже потертых штанов. Для себя он подобрал синие, на размер Джима нашлись только коричневые. Потом взял две пары рубашек, остановившись на клетчатых, перешел к плотным курткам – ночами здесь бывало прохладно, а от комбинезонов следовало поскорее избавиться.
Куртки оказались чистыми, однако на двух из висевших нашлись небольшие повреждения – у одной спереди похожий на ножевой порез, у другой на спине – напоминавшее пулевое отверстие. Тони хотел заглянуть с внутренней стороны, чтобы определить – пулевое ли это отверстие на самом деле, но воздержался, поскольку хозяин и так буравил его взглядом.
– Головные уборы есть?
Хозяин молча выволок из угла огромный сундук и ногой откинул крышку с таким видом, словно там хранилась какая-то мерзость. Содержимое сундука так и выглядело, представляя собой спрессованные вместе бейсболки, кожаные кепочки, зимние шапки – меховые и вязаные.
Тони выбрал две бейсболки безо всяких надписей, и хозяин отбуксировал сундук на место.
– Хорошо бы еще носки… – робко заметил Тони, ожидая увидеть корзину грязных дырявых разрозненных носков, но, к счастью, носки в «Зеленом ковбое» продавались новые. Тони отобрал себе и Джиму по шесть пар и перешел к обуви. Его выбор сразу пал на две пары осенних ботинок на широкой рифленой подошве – когда-то в школе они называли такие «туристскими».
Свалив наконец весь товар на стойку, он сказал:
– Посчитайте, пожалуйста."
"– Двести монет, – быстро сказал хозяин, испытующе глядя на клиента. Тони понимал, что это тряпье стоило не более двадцати, однако торговаться смысла не было. Он достал из кармана комбинезона две сотни и положил на стойку. Хозяин тем временем складывал вещи в большой бумажный пакет.
– Спасибо, – сказал Тони, беря упаковку, и направился к выходу.
– Эй, парень…
Тони, остановившись, полуобернулся.
– Ствол не продашь?
– Нет, – сказал Тони после короткой паузы и вышел.
– Ну, нет так нет, – развел руками хозяин «Зеленого ковбоя» и поспешил на жилую половину фургона. – Клаус! – позвал он и постучал в запертую обшарпанную дверь. – Клаус, выходи, есть работа!
Лязгнула щеколда, наружу высунулась всклокоченная голова худого, давно не мытого подростка.
– Чего? – недовольно спросил он.
– Почему ты запираешься?
– Для этого звал?
– Чужие тут объявились, нужно за ними походить – денежки у них водятся, может, и из барахла чего. Сечешь?
– Пятьдесят процентов…
– Чего-о-о? Да я тебя пригрел, я тебя обул-одел! – начал накручивать себя хозяин, его нос побагровел.
– Серж, я могу и уйти, – заметил подросток.
– Ладно – тридцать процентов.
– По рукам. – Подросток захлопнул дверь, открыл у себя в комнатке ведущий в подполье люк и через пару мгновений оказался на улице.