Особые выходные: семья готовится к пикничку. Все расслабленно обсуждают планы — пока неизвестность мелочей в отношениях Яна и СМИ еще не разрешила. Но уже чувствуется, что этот праздник станет отличной возможностью для каждого из нас – от бабушки с ее кулинарными традициями до моего особого аппетита на бутерброды. Все готовится, а будущее остается загадкой....
Арнав медленно поднялся по небольшим лесенкам и разложил бумаги. Камеры включились, экраны зажглись сверху, сзади с проекцией на здания. Со всех сторон на нас смотрело огромное пожилое лицо. Сейчас вся страна наблюдала за этим событием.
— Дорогие друзья, коллеги и просто те, кому не безразлично наше будущее, — он говорил мягко и спокойно, — Я благодарен за оказанную мне честь занять пост главы организации по контролю сил. Жаль, что таким путем. Артур Берг был великим человеком! За время его руководства было создано множество изобретений.
Вся площадь погрузилась в мертвую тишину. Было слышно только тиканье секундной стрелки на экранах трансляции. Многие в толпе продолжали оплакивать предыдущего главу.
Когда минута прошла, Арнав продолжил:
— Спасибо, — поблагодарил он публику, — памятник в честь Артура Берга будет воздвигнут у центрального входа в организацию, — все захлопали, — Вместе с вами мы приведем нашу страну к еще большим высотам! — очередные аплодисменты, — Еще раз спасибо за оказанную мне возможность, обещаю, я вас не подведу! До свидания!
Толпа опять начала хлопать, но мне показалось как-то скупо, безэмоционально.
Когда Арнав ушел со стойки, транслирующие экраны тоже погасли, камеры выключились. Вся толпа стала рассасываться.
— А где учитель? — спросил я, осматриваясь по сторонам, — Он же был где-то тут.
— Как только Арнав начал свою речь, он забрал прах Артура и исчез, — сказал дедушка.
Мама разговаривала с Кирой, пока дедушка объяснял, почему бабушки не было на похоронах.
— У нее в отделе что-то случилось, — пояснил дед, — Я подробностей не знаю, она сорвалась, как ошпаренная, запрыгнула в машину и умчалась.
— Пойдемте, где-нибудь перекусим… — сказала мама, — Киру с собой возьмем, она неважно выглядит.
— Я угощаю, — сказал дедушка.
Мы пошли за ним. Все ближайшие улицы были перекрыты. Кто-то улетал, но большинство медленно плыли к станциям метро. Когда мы повернули с главной улицы во дворы, дедушка остановился у какой-то двери, ведущей в подвал. Он нажал на звонок и нам открыли.
Когда мы спустились вниз, то оказались в большом ресторане с отдельными комнатами. Над каждой были номера.
