Никодимов стоит на углу, наблюдая за уходящей толпой пассажиров. Внезапная встреча с неожиданным знакомым заставляет его вступить в неловкий разговор о своем прошлом пути. Чем больше он узнает, тем явственнее вырисовывается загадочная связь между ними и таинственное поведение этого парня....
На бегу он делает знак лейтенанту Карцеву, чтобы тот обогнул дом с другой стороны, а сам с сержантом наваливается на дверь. Она не сразу поддается их усилиям, но после нескольких дружных ударов с шумом распахивается.
Капитан зажигает электрический фонарь и освещает пустой длинный коридор. В конце его дорогу им преграждает еще одна дверь, обитая войлоком.
Ее тоже приходится срывать с запоров.
Внутри дома непроглядная тьма. Пошарив лучиком фонаря по оштукатуренной стене, Стрельцов нащупывает неподалеку от двери черный кружок выключателя и щелкает им.
— Ерошкин, живо на чердак! — распоряжается Стрельцов, поспешно склоняясь над раненым. Бледное худощавое лицо, выпачканное кровью, искажает гримаса нестерпимой боли…
— Кто ранил вас? — спрашивает капитан.
Человек со стоном вяло кивает в сторону кухни.
Стрельцов осторожно расстегивает воротник окровавленной рубашки, обнажая слаборазвитую грудь.
— В руку он меня… — слабым голосом произносит раненый и снова тяжко стонет.
— Потерпите минутку, я сейчас чем-нибудь перевяжу вас, — успокаивает его капитан, торопливо оглядывая комнату. — Нет ли у вас бинта и ваты?
— Вон там чистое полотенце возьмите… — кивает раненый на выдвинутый ящик комода.
Пока Стрельцов перевязывает рану, с чердака спрыгивает Ерошкин, громыхая подкованными сапогами.
— Сбежал, мерзавец!.
— Так что же вы время тут теряете? — злится капитан. — Живо на соседний двор!
Не успевает Стрельцов уложить раненого в постель, как возвращается Карцев.
— Опять он от нас ушел, товарищ капитан, — унылым голосом докладывает лейтенант. — Будто сквозь землю провалился. А о следах и речи быть не может. Снова дождь пошел — сплошное месиво вокруг…
— Ну, тогда вот что, — нетерпеливо прерывает Стрельцов.
Как только Карцев уходит, капитан подсаживается поближе к раненому и спрашивает:
— Ну как, все еще очень больно?
— Очень… Кость, видно, задета.
— А на вопросы мои отвечать можете?
— Постараюсь…
— Фамилия ваша?
— Иванов Дмитрий Семенович.
