Автор
В теплой комнате под мягкой лунной светом, Эмили медленно пишет, её палец скользит по простым серым штанам, будто тревожась о чем-то важном. Дрожь пробирается к её горлу, и она стирает опасное слово, в то время как снаружи улица замирает под легким ветерком.
– Когда ты будешь старым обрюзгшим стариком с вялым членом, ты пожалеешь, что потерял такого друга, как я."
"Засунув руки в карманы брюк, я с интересом слушал их разговор. «Друга», значит? Эван был полон сюрпризов.
– Вялый член? Никогда не слышал. Это что-то съедобное?
– Ты не услышишь, ты почувствуешь! – мстительно усмехнулась она.
Я, не стесняясь, осмотрел женскую фигурку и быстро признал, что у хозяина дома имелся вкус. А, разглядев в приглушенном свете ламп её опухшие губы, пришёл к выводу, что Миллер совсем не стеснялся нагибать сводную сестрёнку, когда ему вздумается.
– Надеюсь не дожить до этого прискорбного момента, – парировал Мур. – Прекрати душнить и познакомься с моим приятелем. Велл, эту капризную девицу зовут Вивиан – жена Алекса.
К концу предложения голос Эвана изменился. Он специально сделал акцент на серьёзности её положения, и я, уловив намёк, как благородный рыцарь, первым раскланялся в вежливостях.
– Рад знакомству.
Девушка немного помолчала, а затем, вернув мне дежурную фразу, схватила Эвана за руку.
– Пошли, мне ещё нужно решить пару вопросов на кухне.
Пятясь спиной, Мур подмигнул мне и, кинув многозначительный взгляд на Вивиан, почти беззвучно шепнул:
– Дракон усмирён.
Я был очень благодарен Эвану за проявленную заботу, но, глядя на набирающего на двери код Тайлера, сильно сомневался, что после секса Миллер выглядит добрее.
В просторном кабинете с большими окнами, выходящими во внутренний двор, было настолько светло, что я, не напрягая зрение, мог сосчитать точное количество чёрточек на паркетной доске.
Возле самой дальней стены за прямоугольным белоснежным столом сидел Миллер и что-то печатал в ноутбуке. На моё появление он отреагировал безэмоционально. Оторвал взгляд от экрана и, медленно опустив крышку, молча указал рукой на свободное кресло. Никаких приветствий, никаких оценивающих взглядов – лишь одно сухое равнодушие.
Удобно разместившись в предложенном месте, я сложил руки на подлокотники, обитые приятным на ощупь бархатом, и, уцепившись взглядом за одинарные манжеты рубашки, мысленно ухмыльнулся.
На эту встречу Мейсон пытался нацепить на меня бриллиантовые запонки из своей личной коллекции. Я закономерно отказался, потому что считал, что вписываться в высшее общество за счёт дорогих безделушек – провальный план. И, переведя взгляд на Миллера, я в очередной раз убедился в своей теории.
Алекс выглядел ожидаемо: часы, запонки, костюм, сшитый на заказ лучшим портным мира.
