- Радик вообще мне как родня, - сказала я с пафосом. - Он живет в общаге и учится на первом курсе.
- На малышей перешла?
- Сдурел? - для усиления эффекта я покрутила у виска.
- Ладно-ладно, - ответил шутливо Мэл, выставляя руки и защищаясь от моих наскоков. - Признаю, что виноват и болтаю много лишнего.
- Будешь помогать, или мне просить кого-нибудь другого?
- Слушай, Папена, кое-что предложу, но ты ведь откажешься.
- Конечно, - заявила я с апломбом. - От твоих предложений нужно отказываться, не начав выслушивать.
Мелёшин рассмеялся.
- Дверь крепкая. Могу выломать по петлям, но замок в любом случае пострадает. Могу выламывать по замку, но с той стороны металлическая пластина приличных размеров. Половина двери уйдет в щепки. - Увидел испуг в моих глазах и добавил: - Я мог бы попробовать сначала растопить, а потом вытянуть эту гадость traheri*, но боюсь угробить механизм замка. Не знаю, что в него залили, и буду греть наобум, а вдруг там есть низкоплавкие элементы? Так что оптимальный вариант - заночевать где-нибудь, а завтра с утреца будить своего мастера и тащить сюда за шкирку.
- Спасибо, конечно, но я и без тебя догадалась, только спать негде. Замок портить жалко, но придется.
- Переночуй у меня, - предложил Мэл.
- Спасибо, - сказала я, а потом сообразила, о чем речь. - То есть как у тебя? Нет-нет-нет, ни за какие коврижки!
Сумасшедшее предложение! Мне хватило денька в обществе его родни, теперь осталось сказать ""здрасте"" папеньке и маменьке, заявившись в Мелёшинский особняк на ночь глядя. Почему-то в голову пришло, что Мэл должен жить в особняке или в замке с фонтаном, парком и скульптурами. Его родители вряд ли обрадуются появлению на пороге сыночка с девкой непонятного происхождения. Туда допускают только породистых девиц в вечерних платьях.
- Да не съем тебя, - отозвался небрежно Мелёшин.
- Зато родственники сожрут и не подавятся.
Ни за что! Не предложение, а сплошной самоубийственный абсурд.
- Я живу один, - пояснил Мэл.
- Нет и еще раз нет, - подтвердила я первоначальное решение.
- Как хочешь, - пожал он плечами. - Переночевала бы в уголочке и потопала себе на здоровье утром домой. Я обычно сплю до обеда, так что выйдешь, дверь захлопнешь и поедешь, куда хотела.
При его словах я вдруг почувствовала, что мои бедные ножки жутко устали, что спину ломит, а мышцы ноют, что день выдался длинный и богатый на потрясения, и что неплохо бы прикорнуть в горизонтальном положении и приложить утомленную голову на мягкую подушку. Ой, как хочется, сил нет! Но поддаваться соблазну нельзя, все предложения Мелёшина выходили для меня боком, так что извините.
- С радостью, но не могу.
- Ладно, - взглянул Мэл на часы. - Уже одиннадцатый час. Бывай.
Неужели он сейчас уйдет и бросит меня здесь? И уговаривать не будет? Он пошутил, - убеждала себя.