Внешние связи и загадочные рисунки вызывают вопросы о происхождении. Поиски истины обостряются, когда раскрываются тайны родства и прошлого. Неопределенность вокруг судьбы Агнаила на фоне этих открытий создает напряжение.
Раздел Chitat.online для книги «Sindroma unicuma. Книга 2.» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Внешние связи и загадочные рисунки вызывают вопросы о происхождении. Поиски истины обостряются, когда раскрываются тайны родства и прошлого. Неопределенность вокруг судьбы Агнаила на фоне этих открытий создает напряжение.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Блэки Хол Легкое чтение Фэнтези Русское фэнтези подборки серии
Внешние связи и загадочные рисунки вызывают вопросы о происхождении. Поиски истины обостряются, когда раскрываются тайны родства и прошлого. Неопределенность вокруг судьбы Агнаила на фоне этих открытий создает напряжение.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Sindroma unicuma. Книга 2.» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Как плечо и спина?
- Ранозаживляющие компрессы и ударные дозы стимуляторов творят чудеса. Жить буду. Как ваше самочувствие? Альрик дал препарат?
- Дал, спасибо. Я пью. А как Евстигнева Ромельевна? И тот... за стеклом?
- Евстигнева Ромельевна приходит в норму и передает вам свою признательность.
- Ну что вы, - повела я смущенно плечом. - Совсем не обязательно передавать. Ничего особенного я не совершила.
- Как раз обязательно, - опроверг декан. - Ваша поддержка немало нам помогла.
- А что с птицей?
- Поживает и прекрасно обходится без пищи. Большего не могу сказать, потому что не успеваю заняться обследованием вплотную.
- А лаборатория? От нее же ничего не осталось. Осталось выбросить разгромленное и обставить заново.
- Почему вас это беспокоит? - Мужчина пытливо посмотрел на меня.
- Просто так. Жалко. Там было хорошее оборудование и инвентарь. Многое побилось.
- Да, многое, - декан грузно осел в кресле.
- Генрих Генрихович, я вчера забегалась и забыла о работе в архиве. В общем, прогуляла, - покаялась я, усевшись на место для посетителей, и спросила с тайной надеждой: - Меня уволят?
- Конечно нет, милочка, - заверил оптимистично Стопятнадцатый и потянулся к телефону. - Это мое упущение. Вчера мы все... думали слегка не тем. А сегодня будем разруливать. - Накрутил номер на диске, и я вздохнула. Надежда на увольнение еще не погасла. - Нинелла Леопардовна? Душечка, приветствую... да-да... И вам того же... Видите ли, со мной произошел конфуз... Нет... Помилуйте, голубушка... Студентка, Папена Эва Карловна... На подработке младшим помощником архивариуса... Да-да... От вас ничего не скроешь, лапушка... Да-с, прогул...
У меня округлились глаза. Оперативность, с коей распространялись новости по институту, поражала. Интересно, Леопарда знает о вчерашней битве титанов с неживым крылатиком?
- Можно ли компенсировать?... - мучил трубку Стопятнадцатый. - Неужели ровным счетом ничего?
От радости моя пятая точка начала приплясывать в гостевом кресле. Ровным счетом ничего, ля-ля-ля!- напела я под нос. Какая же Леопарда чудесная женщина! Правильно, нельзя пускать бесстыжих прогульщиков на работу.
- Нинелла Леопардовна, милочка, это целиком и полностью мое упущение. Виноват, признаю... Загрузил студентку делами факультета... Сами понимаете, без секретаря хоть вешайся... Душечка, не смейте в обморок! Это образно... Хорошо, подожду...
Потянулись секунды ожидания, в течение которых декан вытирал платком нескончаемый пот с шеи и лба, а я крутилась в кресле, состроив скорбное лицо.
- Жду, Нинелла Леопардовна... Да... Да... По-другому никак?... Понимаю... Каюсь, голубушка, и приглашаю на ужин... Как куда? В нашу столовую, по высшему разряду... Очень жаль, душечка... Всенепременно при случае... С почтением.
Трубка обрушилась на рычажки, а мужчина посмотрел на платок.
