Автор
В темное утро, когда дождь катится по беcменным улицам Нью-Йорка, особняк в стиле бурильщики на Риверсайд-Драйв выглядит заброшенным и пустым. Внутри не горят лампы и светильники - весь дом словно спрятался под тяжесть веков, ожидая нового времени для своего пробуждения....
Врач, который попытался было вывести из палаты его и Констанс, бросил на него недовольный взгляд, но д’Агоста проигнорировал его. Какой во всем этом смысл? Вся эта история с противоядием казалась высосанной из пальца, чтобы не сказать абсолютно безумной. Пендергаст умирал уже несколько дней, недель, и теперь наступали последние минуты. Вся эта суета, бессмысленная дерготня лишь еще больше раздражала д’Агосту. Они были бессильны… все тут были бессильны. Марго, со всеми ее знаниями, пыталась состряпать какое-то средство, о дозировке которого могла только догадываться и которое оказалось бесполезным прежде.
– Предсмертный сердечный ритм, – сказал интерн, стоявший перед одним из экранов в изголовье кровати Пендергаста.
– Остановить лидокаин, – приказал второй врач, протиснувшись между медсестер. – Приготовиться к катетеризации вены.
Д’Агоста сел на свободный стул рядом с Констанс.
– Жизненные показатели ухудшаются, – сказал другой интерн. – Необходима реанимация.
– Адреналин! – рявкнул доктор. – Срочно!
Д’Агоста вскочил на ноги. Нет! Должно быть что-то, что он может сделать, должно…
В это мгновение в дверях палаты интенсивной терапии появилась Марго Грин. Отодвинув ширму, она вошла внутрь. В одной руке у нее была мензурка, частично наполненная водянистой зеленовато-коричневой жидкостью.
Один из врачей посмотрел на нее:
– Кто вы?
Марго ничего не ответила. Ее глаза были устремлены на неподвижное тело на кровати. Потом она подошла к медсестрам.
– Черт побери! – разозлился врач. – Вам нельзя здесь находиться! Это стерильное помещение.
Марго обратилась к одной из медсестер:
– Дайте мне шприц.
Сестра удивленно моргнула:
– Простите?
– Шприц. Большой шприц. Немедленно!
– Делайте, что она говорит, – сказал д’Агоста, показывая удостоверение.
Сестра перевела взгляд с Марго на врачей, посмотрела на д’Агосту. Потом молча выдвинула ящик, в котором лежало несколько длинных предметов в стерильной упаковке. Марго схватила один, сорвала упаковку, извлекла большой пластиковый шприц.
