Автор
В темное утро, когда дождь катится по беcменным улицам Нью-Йорка, особняк в стиле бурильщики на Риверсайд-Драйв выглядит заброшенным и пустым. Внутри не горят лампы и светильники - весь дом словно спрятался под тяжесть веков, ожидая нового времени для своего пробуждения....
Они сделали это, чтобы заткнуть ему рот… хотя он семь лет хранил им верность.
Пока Пендергаст говорил, человек мигнул несколько раз, но никаких других движений не сделал.
– Вы храните молчание в надежде получить вознаграждение? Этого никогда не случится.
Ничего. Пендергаст помолчал некоторое время, оценивающе глядя на сидящего напротив. Наконец он заговорил снова:
– Может быть, вы защищаете свою семью, опасаетесь, что если заговорите, то их убьют?
Человек не ответил и на это.
Пендергаст поднялся:
– Если вами движут эти соображения, то единственный выход для вашей семьи – это начать говорить.
Что-то мелькнуло в глазах человека… может быть, мелькнуло.
– Всего доброго.
Пендергаст позвал охранников. Дверь была отперта, щеколда отодвинута, и вошли охранники, а с ними Шпандау. Пока два охранника уводили задержанного, Пендергаст оставался стоять.
Помедлив, он сказал:
– Я возвращаюсь в Нью-Йорк.
– Сделаем.
– Вы были очень любезны. – Он помолчал. – Скажите, мистер Шпандау… вы ведь, кажется, знаток вин?
Человек посмотрел на него с плохо скрываемым удивлением:
– Почему вы так подумали?
– Вчера я видел у вас на столе брошюрку – фьючерсы на бордоские вина.
Шпандау после некоторой паузы ответил:
– Должен признаться, что люблю это дело.
– Тогда вы должны быть знакомы с Château Pichon Longueville Comtesse de Lalande.
– Конечно.
– Вам нравится это вино?
– Никогда его не пробовал. – Шпандау покачал головой. – Да и вряд ли попробую на жалованье надзирателя.
– Жаль. Так сложились обстоятельства, что сегодня утром я смогу получить ящик урожая двухтысячного года. Отличный год. Вино уже пользуется успехом. Я попрошу доставить его к вам домой.
Шпандау нахмурился:
– Не понимаю.
– Вы окажете мне огромную личную услугу, если позвоните сразу же, когда наш друг заговорит.
"Шпандау молча обдумывал услышанное.
– А если бы вы смогли сделать запись того, что он скажет, – разумеется, официально, – то это будет просто ягодка на торте. Возможно, я сумею быть вам полезен. Вот моя визитка.
Шпандау еще несколько секунд молчал. Потом на его обычно бесстрастном лице появилась улыбка.
– Агент Пендергаст, – сказал он, – я с удовольствием сделаю все, о чем вы просите.
