В темном коридоре врач молча ждал очередного пациента. Лампочка медленно мигала, будоража его нервы. Словно призывная сирена тонкой дверью залегла в ушах. Наконец-то дверь распахнулась — хрипловатый голос проблеял просьбу о помощи.
– Тогда почему его люди бездействуют, сидят внизу?
Торпеда пожал плечами:
– Они не следователи, полномочий не хватает.
– Очень странно, что прислали такую маленькую группу, – пробормотал Посейдон. – Он должен был запросить больше.
Посмотрел на часы:
– Выходим через десять минут, разбиваемся по двое. Чайка, ты останешься здесь, будешь вести прослушку.
Чайка потемнела лицом.
– Шеф, – произнесла она негромко. – Это откровенный сексизм. Почему я? Мне есть чем заняться. Моя дорогая соседка – фигура подозрительная, уж очень приветливая и сладкая, аж противно.
– Она в номере? – усмехнулся Каретников.
– Была в номере.
– Вот и слушай ее номер... Капитан, это приказ. Вы собираетесь возразить?
– Никак нет. – Чайка испепеляла Посейдона взглядом.
Тот оставил ее недовольство без внимания, повернулся к остальным.
– Задействуем три направления, сходимся на косе. Выходим через окно. Все ловят маяк?
Маяк находился в закладке для ее безошибочного обнаружения в темноте.
– Если наш выход засекут, это будет означать полную демаскировку и срыв легенды, – заметил Мина.
– Значит, надо действовать быстро и незаметно. Хотя возможно, что легенды нам больше не понадобятся. Весь этот шум для чего-то нужен...
Он не договорил, дверь неожиданно распахнулась. На пороге стоял капитан Гладилин, выглядевший озабоченным и будто готовым принести извинения. Щеки его, как обычно, пылали румянцем.
Когда он заговорил, в его тоне и вправду обозначились извиняющиеся нотки.
– Гражданин Сажин, – произнес он с некоторым усилием.
Посейдон смотрел поверх его плеча; помощники Гладилина покинули вестибюль и теперь сопровождали начальника.
– Я попрошу вас пройти со мной. Всем остальным предлагаю оставаться здесь и не покидать номер. Отрадно видеть вас собравшимися вместе, это облегчает мою не очень приятную задачу.
Каретников вскинул брови:
– Какую задачу, капитан? Что вам от нас надо, черт побери?
– Пройдемте со мной, и я постараюсь удовлетворить ваше любопытство.
– Да мы-то при чем? Что вы к нам привязались, в самом деле? Вам больше нечем заняться? Я арестован?
– Что-то вы слишком буйный для реставратора, – удовлетворенно отметил капитан. В нем больше не было ничего мальчишеского, в голосе прорезалась сталь, глаза заледенели, а кровь отхлынула от щек. – Вы не арестованы, а задержаны. Прошу на выход, – он посторонился.
