В темном коридоре врач молча ждал очередного пациента. Лампочка медленно мигала, будоража его нервы. Словно призывная сирена тонкой дверью залегла в ушах. Наконец-то дверь распахнулась — хрипловатый голос проблеял просьбу о помощи.
Это констатация факта – ведь вы приняли меня за своего. За коллегу. Ну, немного ошиблись – вашим коллегой был герр фон Кирстов. Но не горюйте, он мало чем отличался от меня... и от вас. А вот его помощница госпожа Лагенербе значительно уступала госпоже Золлингер. Но не будем отвлекаться. Давайте сюда ваш ящик.
– Что с моими людьми? – спросил Каретников.
– Они были искренне удивлены. Они хорошие бойцы. Не надо только было расковывать меня, чтобы заново пристегнуть к сосновому стволу... мне вовсе не хотелось простоять с ним в обнимку всю ночь.
– Что с ними? – настойчиво повторил Посейдон.
– За бритого дебила не поручусь, а второй погнался за мной, но заблудился, я думаю... Хватит болтать языком. – Ваффензее шагнул вперед и требовательно протянул руку – Давайте сюда контейнер.
Каретников взялся за лямки плотно набитого рюкзака.
– Медленно и спокойно, – напомнила Ирма Золлингер. – Снимите рюкзак и подтолкните к нам.
– Как вам будет угодно.
Посейдон неторопливо освободился от поклажи, подтолкнул ногой. Прикрываемый Ирмой, Клаус Ваффензее нагнулся, быстро ознакомился с содержимым. Увиденное привело его в хорошее расположение духа.
– Полагаю, наши дела закончены, и нам нет смысла задерживаться. Как поживает наш господин криминалист?
– На дне, – лаконично ответила Ирма.
В ее репликах было нечто машинное – до откровенной тупости. Она напоминала безмозглый механизм, умеющий лишь убивать, без разбора.
Ситуация близилась к развязке. Мина и Посейдон в сотый раз прикидывали расстояние, которое оставалось слишком большим. Если прыгать, то сразу вдвоем; кто-то примет на себя выстрел, но другой разберется с этими уродами. Уроды же тем временем позволили себе слегка расслабиться, отдавшись ликованию. Поэтому они не услышали Флинта, который аккуратно взобрался на катер, перевалился на палубу и черной тенью подкрадывался к рубке.
Глава двадцать первая
ЧЕРНЫЕ БАБОЧКИ
Покинув здание, Гладилин остановился в замешательстве.
Такое случается с людьми, которым приходится подолгу что-то сдерживать или скрывать.
