В темном коридоре врач молча ждал очередного пациента. Лампочка медленно мигала, будоража его нервы. Словно призывная сирена тонкой дверью залегла в ушах. Наконец-то дверь распахнулась — хрипловатый голос проблеял просьбу о помощи.
Доктор раскрыл карту и принялся подробно заносить туда все, что несколько сумбурно изливал на него Сергей Семеныч. Остапенко старался украсить свое повествование живописными подробностями, и доктор записывал слово в слово. Если клиент рехнулся, то психиатрическая наука требует подробной фиксации его высказываний.
«Та еще наука», – усмехнулся про себя доктор, усердно строча.
Но спустя какое-то время он перестал усмехаться. Более того: настал момент, когда он поймал себя на том, что хочет услышать дальнейшее, и даже натруженная за день рука готова писать бесконечно.
– Сергей Семеныч, – сказал доктор проникновенно, когда Остапенко закончил рассказ и стал повторяться. – Дело, как вы понимаете, довольно сложное. Не побоюсь сказать – уникальное.
Он старательно подбирал слова. Врач разволновался и уже почти не мог этого скрывать, однако крепился: профессионал не должен давать волю эмоциям.
Остапенко не спорил. Он снова кивнул, на сей раз важно. Еще бы он не понимал.
Доктор осторожно продолжил:
– История будет долгая, вынужден вас сразу предупредить. Я стрелочник, регулировщик. Сортировщик, если угодно. В вопросах, которые вы подняли, я совершенно некомпетентен.
– Не Копенгаген, – хохотнул Остапенко, полагая, что пошутил удачно и оригинально. Старость не радость, что поделаешь... – Шуточкой своей он несколько снизил накал, вызванный повествованием.
– Именно так. Вот направления.
Остапенко встревожился:
– Это, наверное, все платное? Я не...
Доктор остановил его жестом:
– Не волнуйтесь. Это государственные структуры. Ведь ваше дело – государственное, согласны? Если начнут вымогать, напирайте на то, что они обязаны... Вы же понимаете, что направление мое – это не филькина грамота, в конце-то концов. У нас еще остались кое-какие структуры.
– Напрем, – уверенно отозвался Сергей Семеныч.
«Кто бы сомневался!» – пронеслось в голове у доктора.
Доктор на секунду задумался.
– А в ФСБ вы обращались?
Остапенко медленно поднял брови:
– После того, что я вам рассказал?..
– Ну да, ну да...
«Вот это уже точно не мое дело. И куда меня понесло?» – подумал про себя доктор.
Обругав себя, он вынул бланк, начал его заполнять. Остапенко удовлетворенно следил за его работой.
– Это куда? – спросил он деловито.
– Туда же... Это выписка из карты. Больничные выписки тоже с собой захватите, обязательно."
"– Само собой.
