В стенах бункера наступает напряженная рутинная суета. Вдруг сигнал разрешения для пуска ракеты, и в воздух вылетает первая. Умный крантак Кеша управляет средством поражения, пролетая над неизвестным объектом. Но внезапно противник срывает маневр и исчезает за скромными холмами, вызывая тревогу у командира в кабинете....
Похоже, «Сирийский рубеж 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Несколько машин горело, а солдаты быстро покинули технику и начали прятаться в укрытия. В заднюю полусферу нам уже никто не стрелял.
— 460-й, 101-му, колонна техники с юга. Нанесли удар, движение остановлено, — передал я через ретранслятор.
Надеюсь, эта информация пригодится.
Я прибавил скорость и начал постепенно догонять Занина.
— Строго по ленточке идём, — доложил Кеша.
— 2-й, как вертолёт? — запросил я, догоняя Василия и пристраиваясь к нему справа.
Вертолёт не дымил, но попадания были критические. Правый капот разбило полностью.
Ещё несколько пробоин было на фюзеляже и в районе кабины. Броня выдержала.
— 2-й, на связь, — запросил я Занина повторно.
— Ответил, — тяжело произнёс Василий в эфир.
— Как состояние? — запросил я.
— Лечу.
И это уже хорошо. До нашего полевого аэродрома осталось дотянуть 50 километров.
— Понял вас. 541-й задание выполнил. Наблюдал «коробочку». Дошли, — услышал я в эфире доклад с ретранслятора.
Я слегка сощурился, поймав лучи поднимающегося солнца.
"— Это значит колонна дошла? — спросил Кеша.
— Именно так, — тихо ответил я.
Не знаю, сколько ещё смогут удерживать аэродром наши спецназовцы, десантники и сирийские коммандос. Но теперь им точно будет немного легче.
Через несколько минут Занин начал заходить на посадку на свободный участок дороги. Правый двигатель он выключил и решил садиться по-самолётному.
Хорошо, что большинство вертолётов в это время отсутствовали на базе. В готовности оставили только звено Ми-24 и пару Ми-8. Наверняка для поисково-спасательного обеспечения.
— 102-й, посадка. Заруливаю и выключаюсь, — доложил Занин.
— Вас понял. Встречающие на месте, — ответил ему руководитель полётами.
Я развернулся и зашёл на посадку следом. Перед касанием выполнил висение и аккуратно приземлился на асфальт.
Когда колёса коснулись поверхности, я ощутил дикую усталость.
— Выключение по готовности, — произнёс в эфир руководитель полётами.
— Вас понял. Спасибо за управление, — поблагодарил я.
— Всего лишь наша работа, — ответил мне РП.
— И наша, — ответил я ему и ушёл со связи.
Расстегнув шлем, не нашёл более лучших слов для такого момента.
— Лучшая работа в мире, — открыл я дверь кабины, впустив свежий воздух.
