Вертолёт медленно падал, и экипаж навстречу неожиданности, борясь за жизнь. В этот момент возможность удержать летательный аппарат появилась в последний раз — правый поворот, стремительная передача педали левой тяги для снятия давления со скалы. Нас подбросило, будто мяч в игре баскетбола. Мгновенно я крикнул команду, готовясь к худшему....
Похоже, «Сирийский рубеж 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Получается, я ж за него ходатайствал, чтоб он остался.
Перед моим отлётом в Союз Батыров мне сказал, что Олег Игоревич будет в Сирии, пока я не вернусь. Сам же Тобольский этому был рад.
— Выходит, если бы Мулин довёл дело с отправкой Олега домой до конца, он бы не погиб, — сел напротив меня Димон, опуская голову.
— Если бы, да кабы. В нашей работе «если» можно употреблять только в инструкции экипажу. И то в разделе «Особые случаи», — сказал я, встав со стула и подойдя к кровати.
Тобольский после моего отъезда жил этой самой бочке вместе с Батыровым.
Ещё больнее гибель будут осознавать семьи погибших."
"— Сань, мы ведь даже тела не можем их эвакуировать. Вертолёт упал на территории подконтрольной боевикам. Командование переговоры вести пока не собирается, а сирийцы продолжают медленно отходить к Тифору.
Естественно, что вдвоём мы с Батыровым вопрос с возвращением тел Тобольского и его лётчика-оператора не решим.
На входе вновь «встретился» лицом к лицу с Олегом Игоревичем Тобольским. Его фотография и погибшего старлея были установлены на небольшом столике. Рядом некролог по каждому из них.
— Погиб при выполнении интернационального долга 14 декабря 1984 года, — тихо прочитал я последнее предложение в тексте про Тобольского.
Недалеко от меня послышались быстрые шаги. Повернув голову, я увидел спешащего ко мне ефрейтора в отглаженной форме и начищенных до блеска сапогах.
— Товарищ майор, здравия желаю, разрешите…
— Разрешаю, — не стал я дослушивать ефрейтора.
— Александр Александрович, вас уже час ждёт у себя командир полка. Я вас ходил искал в жилом городке, но не нашёл. Он там сильно ругается, — застеснялся боец.
— Ничего. Я ему всё объясню. Покажи, где его кабинет.
С ефрейтором мы направились к Бунтову.
Тут же и фотографии отличившихся военнослужащих, боевые листки и многое другое.
— Товарищ майор, а почему вашей нет фотографии? Я слышал, что вы лётчик от Бога?
— Ну не прямо уж от него. Что-то у меня получается лучше других, что-то как у всех.
