Вертолёт медленно падал, и экипаж навстречу неожиданности, борясь за жизнь. В этот момент возможность удержать летательный аппарат появилась в последний раз — правый поворот, стремительная передача педали левой тяги для снятия давления со скалы. Нас подбросило, будто мяч в игре баскетбола. Мгновенно я крикнул команду, готовясь к худшему....
Похоже, «Сирийский рубеж 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Мне и каждому в комнате было ясно, что мы ближе всех к зоне боевых действий. И других свободных вертолётов в этом районе сейчас нет.
Время шло, а никаких команд не поступало. С момента катапультирования уже прошло порядка пятнадцати минут. Тут Батырову вновь позвонили.
— Да. Да это район… Конечно, понимаю. И что вы хотите? Нет, у Ми-28 не хватит топлива и они слишком уже далеко. Товарищ генерал, я… — прервался Дима и посмотрел на меня и Тобольского.
Батыров опустил трубку, но пока не вешал её.
— Сказали ждать Ми-28.
— У нас в готовности два Ка-50 и Ми-8. Возьмём группу эвакуации. В чём проблема? — спросил я.
— В том, что Ка-50 нельзя использовать.
Я выдохнул, повесил автомат на плечо и надел шлем.
— Тогда на хрен он такой нужен⁈ — сказал и пошёл к выходу.
Следом за мной заспешил и Тобольский. Выходя из комнаты, я услышал, как хлопнула по столу телефонная трубка и послышались быстрые шаги.
— С вами полечу, — обогнал меня Батыров, быстро надевая разгрузку.
Не самое лучшее решение с его стороны. Он не так много летал последние годы. Видимо, штабная работа начинает надоедать Батырову с самого начала.
— Сбили Су-24. Два члена экипажа и местонахождение точно неизвестно есть район поиска. Будем искать.
— Кто экипаж? — спросил я."
"Батыров помотал головой и остановился на секунду.
— Сбили экипаж полковника Мулина.
Вот так новость! Такому человеку, как заместитель командира корпуса попадать в плен нельзя никак. Тут есть опасения за важные сведения в случае допросов и пыток.
Я быстро прыгнул в Ка-50 и начал запускаться. В наушниках продолжались плотные разговоры. Особенно спрашивали, что там с катапультировавшимися. Никто к земле не снижался, поскольку в приграничном районе это весьма опасно. У противника есть комплексы ПЗРК и различные зенитные установки.
Запуск произвёл. Все системы в работе. Вертолёт слегка покачивается, готовясь к взлёту.
— Внимание, 201-й, паре взлёт. Я за вами, — дал команду Батыров.
— Понял, 202-й, внимание! Отрыв! — сказал в эфир Тобольский.
Медленно я поднял рычаг шаг-газ. Ка-50 начал аккуратно отрываться от запылённой площадки, поднимая пылевую завесу. Продолжаю тянуть рычаг, чтобы взлететь чуть выше пыльного облака.
— Разгон, паашли! — скомандовал Тобольский, и я отклонил ручку управления от себя.
Нос наклонился, и вертолёт начал набирать скорость. Весьма быстро, по сравнению с тем, как разгоняется Ми-8.
— Прибор 150. Ждём 115-го.
