Советский летчик-майор Александр Клюковкин оказывается в центре военного конфликта над небом Сирии. Когда США грозят развязать кровавую войну на Ближнем Востоке, СССР вынужден вмешаться. Герою предстоит принять судьбоносные решения в самой горячей точке планеты, где каждый полет может стать...
Похоже, «Сирийский рубеж 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Антонина тоже была в шоке от столь быстрого «переобувания».
— Ну, может мы уже помирились? Может они в Сирию не полезут больше? — предположила Тоня.
— С трудом верю, — вернулся я в кресло.
Далее диктор зачитала некоторые подробности этого соглашения. Оказывается, оно должно было быть подписано ещё 18 сентября. Но случилось то, что случилось…
— Турецкая государственная организация «Боташ» и Всесоюзное объединение «Союзгазэкспорт» заключат между собой контракт на поставку природного газа из СССР в Турцию. Напомню, что ранее турецкое правительство принесло официальные извинения за инцидент с повреждением военного самолёта…
Дальше, как и обычно — попросили прощение, обещали оказать содействие в урегулировании, выразили приверженность к политическому урегулированию кризиса.
— И так всегда, — тихо сказал я, отпив чай из кружки.
Надо устроить детям праздник, а потом уже решать свои вопросы.
Экскурсию для детей из нашего подшефного детского дома начали от самых ворот КПП. Замполит Плотников был не только при полном параде, но ещё и «в ударе».
— Аллея! По этой аллее каждый день идут к своей цели настоящие советские соколы и авиаторы. Каждый шаг отдаётся в душе военнослужащих звоном долга служения Родине…
Нет, всё хорошо говорил товарищ полковник! Слова отличные, а подача у Семёна Семёновича была ещё круче. С каждым предложением интонация то выше, то ниже. Жестикуляция на высоте! Я и сам сначала заслушался.
Правда на моменте о полётах в космос и покорении Венеры и Марса начал зевать.
Через полчаса, преодолев ту самую аллею, детей повели в музей. Я в это время отправился в штаб полка за моим «штурманом».
— Товарищ командир, доброго дня! — вошёл я в кабинет к командиру моего полка Тяпкину Андрею Фридриховичу.
— Саша, привет. Ты готов? — спросил он.
— Так точно.
— Вот-вот, а я то нет, — показал на себя полковник.
Андрей Фридрихович в данный момент переодевал штаны. На столе лежал шлем и наколенный планшет поверх множества бумаг.
— Как там дети? — спросил Тяпкин, натягивая лямки подтяжек.
— Вступительную речь Плотникова выдержали. Сейчас заканчивают осмотр музея.
— Ох, если Семён Семёновича прошли, то дальше будет проще, — улыбнулся Андрей Фридрихович.
— Но он был сегодня краток.
— Да⁈ Про подводные глубины не рассказывал?
— Нет. Остановился на Венере и Марсе, — ответил я.
— Тогда всё хорошо. Я ещё помню, что он может и петь начать. А у него голоса нет от слова совсем.
