Май 1984 года. Торск, Калининская область. Прекрасное утро! Просыпаюсь от шороха в простынях и аромата свежих фруктов. Встреча с милой девушкой из мира постепенно открывает новые горизонты моей жизни на Сирийском рубеже.
Похоже, «Сирийский рубеж» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
«Коробочка» на подъездной дороге, — сказал я в эфир, выходя на боевой курс.
Начали заход на цель с Заниным.
— Аппаратура в работе. Цель… вижу. Марка на цели! — произнёс Кеша.
— Пуск!
Ракета сорвалась с пилона. Воспринималось всё так же медленно, как и с эффектом Матрицы. Видно каждый виток ракеты. Как она встаёт на нужный курс, как отбрасывает дымный след и как огненным шаром впивается в башню танка.
Из дымного облака взрыва летят обломки брони и изувеченный станковый пулемёт.
Со стороны города Цфат уже потянулись колонны техники, которые готовились оборонять аэродром.
Всего шесть минут длится наш бой с местными войсками. То и дело приходится уходить от вновь появившихся расчётов крупнокалиберных пулемётов или пусков ракет ПЗРК.
— Командир, у нас остаток для возврата предельный.
— Значит сядем в пустыне. Чем больше уничтожим ПВО, тем меньше десанта погибнет, — объяснил я.
— Понял, работаем, — решительно заявил Кеша.
В эфире начал кто-то пробиваться, называя мой позывной.
— 101-й, 901-му.
— 101-й, на связи.
И это был позывной командира вертолёта не из моей группы. Развернувшись над полосой, я увидел приближающуюся армаду.
— 101-й, 901-му, на связь, — услышал я повторно запрос в эфире на ломанном русском языке.
Это был старший группы десантирования. А именно, сирийский главком ВВС.
— Ответил.
— Идём первой группой.
— Полоса для посадки готова, — объявил я в эфир.
— Понял! Начинаю высадку, — произнёс сирийский главком.
«Начало положено» — подумал я и вытер взмокшее от пота лицо.
Глава 27
Дыма над аэродромом становилось всё больше. Чёрные клубы, всходившие из-за сопок, скрывали истинный масштаб потерь противника. В лесопосадках ещё догорали позиции средств ПВО противника, а на стоянке авиационной техники так и остались стоять не взлетевшие «Кобры» и один «здоровяк» СН-47 «Чинук».
— 2-й, ухожу влево, — произнёс я в эфир, подсказывая Занину начало моего следующего манёвра."
"Вертолёт послушно «шёл» вслед за отклонением ручки управления. За величиной крена на столь малой высоте никогда не следишь. Смотришь, только чтоб лопасти не задели поверхность торца полосы.
— Справа пулемёт. Атакую! — докладывает Вася Занин.
Только я вышел из разворота, как мой ведомый отработал из пушки по наземной цели в районе приводного радиомаяка.
