Май 1984 года. Торск, Калининская область. Прекрасное утро! Просыпаюсь от шороха в простынях и аромата свежих фруктов. Встреча с милой девушкой из мира постепенно открывает новые горизонты моей жизни на Сирийском рубеже.
Похоже, «Сирийский рубеж» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Я лишь предлагаю ограничить круг лиц, который может заглянуть в кабину. В воздухе нас и так уже вся провинция Эс-Сувейда видела.
Полковник кивнул и обещал передать моё предложение главному советнику. Полковник в сопровождении своих коллег направился на выход. Однако, у самых ворот, замполит неожиданно подозвал меня к себе.
— У меня ещё кое-что для вас. В целях открытости и подтверждения нашего пребывания здесь только в качестве советников, завтра с вами побеседует корреспондент одной из советских газет, — сказал замполит.
— Понятно.
— Не вижу энтузиазма, — улыбнулся полковник.
— Не считаю, что нам нужно показывать свои лица на весь мир.
— Вы можете думать что угодно. Ваша обязанность — выполнять приказы. Мы друг друга поняли?
— Так точно.
Полковник крепко пожал мне руку, пожелал успехов завтра и вышел из ангара.
Я вернулся к Занину, но тот явно не собирался со мной общаться. У меня сложилось впечатление, что Василий не особо рад моей компании.
— Всё нормально, Вась? — спросил я.
— Ага. Слушай, мне просто интересно, чем ты так хорош, Клюковкин? Без обид.
— Не знаю. На арабском чуть-чуть говорю, стихи знаю, летаю неплохо…
— Шутки шутишь. Рекомендации от Саши Клюковкина принимают инженеры охотнее, чем от меня. Знаний у тебя тоже не меньше. Почему ты ещё не в испытателях?
— Вася, я так узко не смотрю. Мне вот хочется своё собственное конструкторское бюро создать.
Мы с Заниным посмеялись. Но всё равно на лице Василия была нервозность.
— Сложно это всё.
— Что именно? — спросил я.
— Работа нашего конструкторского бюро. Его престиж! Ты ещё не понял всей проблемы?"
"— Говори уже прямо. Который день ходишь вокруг да около. Что за проблема?
Я подошёл ближе к Василию. Вижу, как он вспотел от напряжения и разговора на повышенных тонах. Его ноздри заметно расширялись и сужались с каждым вздохом.
— Воротник поправь… те, Василий, — сказал я, указывая на ворот песочного комбинезона Занина.
Вася выдохнул, вытер лоб от пота и поправил воротник.
— А теперь всё по порядку рассказывай. В чём проблема?
Со слов Занина в авиационной промышленности назревала «большая жопа». Новое руководство Министерства Авиапрома начало свою деятельность весьма смело, но бездумно.
В Авиапроме перемены, перераспределение финансов, поддержка не самых лучших проектов. Естественно, это всё зацепило и вертолётостроение.
Как по мне, так всё идёт как нельзя лучше.
