Май 1984 года. Торск, Калининская область. Прекрасное утро! Просыпаюсь от шороха в простынях и аромата свежих фруктов. Встреча с милой девушкой из мира постепенно открывает новые горизонты моей жизни на Сирийском рубеже.
Похоже, «Сирийский рубеж» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— МиГ-23БК? — переспросил я.
— А что вас удивляет. Новые, с хорошей авионикой. На них у меня только лучшие летают.
Насколько я помню, именно эта модификация МиГ-23 стала переходной к истребителю-бомбардировщику МиГ-27. Похоже, что в Советском Союзе многое развивается более быстрыми темпами, если уж такие машины поставляют на экспорт.
— Салех, Израиль в этом районе опирается на превосходство в воздухе и средства радиоэлектронной борьбы. Столь крупная группа будет слишком заметна, — вступил в разговор и Зуев."
"— Самолёты пойдут всей группой на предельно малой высоте.
— Это большая группа, — вклинился я. — В условиях работы по земле, когда рядом будут средства ПВО противника в большом количестве лучше наносить удар меньшими группами. Это даст возможность маневрировать.
— Иначе мы не достигнем нужного нам результата. Риск минимальный.
— Господин полковник, поверьте мне. Лучше одним звеном, завешанным «под завязку». Расстояние до Голан здесь небольшое, — продолжил настаивать я.
Салех замотал головой и дал команду готовить восьмёрку МиГ-23.
— Майор… Саша, короче! У меня приказ остановить продвижение. Всё согласовано с центральным командным пунктом. Там, между прочим, и старший «руси мусташар» по авиации сидит, — продолжал Салех не слушать меня.
Я взглянул на Зуева, но тот только развёл руками.
Видимо, представитель старшего советника уже высказывал свои соображения по поводу средств ПВО и радиолокации в районе Голанских высот.
— Салех, в нынешних условиях, ударной авиации предстоит действовать вслепую, связь и проводка на высотах менее 2500 исключена, — объяснил я.
— Никто не говорит вам отменить удар. Он требует корректировки. У противника перевес в численности авиации и вопрос сохранения жизней сирийских лётчиков и самолётов стоит остро, — добавил Зуев.
— Я достаточно услышал, подполковник Зуев. У меня приказ, — был непреклонен Салех.
Представитель старшего советника снял трубку и начал звонить в центральный командный пункт.
— Да, товарищ генерал. Но… я вас понял. Он здесь, — поднял на меня глаза Зуев и передал трубку.
— Майор Клюковкин, товарищ генерал, — представился я.
— Не могу пожелать доброго утра, Сан Саныч. Вы в готовности? — прозвучал уставший голос Ивана Васильевича Борисова.
— Так точно.
— Как бы нам не хотелось, но время ещё не пришло. Ждёте нашей команды.
