Май 1984 года. Торск, Калининская область. Прекрасное утро! Просыпаюсь от шороха в простынях и аромата свежих фруктов. Встреча с милой девушкой из мира постепенно открывает новые горизонты моей жизни на Сирийском рубеже.
Похоже, «Сирийский рубеж» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Из-за небольшой скалы, махая руками, показался лётчик, которого мы ищем.
— Садимся, — ответил я и начал подходить ближе к горе.
Сесть здесь негде, так что будем «по старинке» — на одном колесе.
— 1-й! Работаем по колонне. Плотно стреляют. Прямо под тобой…
В эфире были сплошные помехи и треск. Камни на склоне начали крошиться под пулями и снарядами.
Вертолёт продолжал вибрировать, подходя ближе к склону.
— Вазим и Кеша, к двери быстро, — скомандовал я на смешанном русско-арабском.
Фюзеляж продолжал получать пробоины.
Подвожу Ми-8 ближе к камням. Совсем ещё немного осталось.
— Близко! Ещё! — кричал по внутренней связи Вазим.
И тут я почувствовал, как левой стойкой упёрся в поверхность.
— Касание! Забираем! — прозвучал голос Вазима.
А внизу шёл бой. Два Ми-24 устроили настоящую карусель, заходя один за другим на колонну. Вся равнина погрузилась в чёрный дым и пыль. Только выпущенные тепловые ловушки и огонь горящей техники были видны сквозь эту завесу.
Прошло несколько секунд, и я почувствовал хлопок по плечу. Резко ручку отклонил вправо и начал пикировать вниз. Кеша успел влететь в кабину и начать отстрел ловушек.
Внизу мелькнули вспышки — стреляли пулемёты. Каждое попадание, будто удар по нервам и по голове.
А потом появилась «она»!
— Слева 1-й! По тебе пошла! — громко в эфир сказал Джанаб.
— Пуск, Саныч! — крикнул Кеша.
Его голос я даже сквозь шум и помехи в эфире услышал.
Ручку отклонил вниз, уходя как можно ниже.
Я снова отвернул влево. Да так резко, что сам чуть не вылетел через блистер. Вертолёт трясло. Кажется, что вся силовая установка и системы стонали.
— Асошки! Асошки! — приговаривал я.
И тут грохот. Вибрация по всему телу. В ушах зазвенело, но не более того. Слева увидел густой дымный след, который оставила ракета.
— Параметры в норме. Вверх ушла, — проговорил Кеша.
— Секундомер! Секундомер! — показывал направо Вазим.
Я только успел глянуть, когда мимо нас на предельно малой высоте пронёсся Ми-24. Кто-то из братьев буквально вдавил машину в ущелье, а затем резко взмыл вверх, делая очередной залп НАРами.
— Уходим за тобой, 1-й, — доложил Асул.
В зеркале я увидел, что один Ми-24 начал пристраиваться слева и чуть выше, прикрывая меня собой. А второй выполнял отворот, отстреливая ловушки.
Воздействие с земли прекратилось, но нервы были ещё натянуты.
