Май 1984 года. Торск, Калининская область. Прекрасное утро! Просыпаюсь от шороха в простынях и аромата свежих фруктов. Встреча с милой девушкой из мира постепенно открывает новые горизонты моей жизни на Сирийском рубеже.
Похоже, «Сирийский рубеж» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Внизу была приграничная зона с Иорданией. На северо-востоке уже виднелись склоны Джебель аш-Шейх — высшей точки этого региона. В Израиле эту гору называют Хермон.
— Ниже, — несколько раз повторял я в эфир паре прикрытия, которым трудно было огибать рельеф из-за отсутствия опыта таких полётов.
Периодически напоминал о себе задатчик опасной высоты, который был выставлен на 10 метров.
— До центра зоны барражирования 3 минуты, — сказал Кеша и вновь щёлкнул секундомер на бортовых часах АЧС.
— Ну я же просил! Как с тобой можно работать, — возмутился Вазим.
— Да хорош уже ворчать, друг сирийский! — повысил голос Кеша.
— Замолчали оба! Вазим, ему часы нужнее. Просто следи за топливом и контролируй количество, — произнёс я смешанную фразу на русском и арабском.
Взглянув на подчинённых, обнаружил, что они пожали друг другу руки.
Чем ближе мы приближались к уже бывшей буферной зоне, тем лучше был виден огромный столб пыли. Танковые отряды израильтян были уже рядом с позициями малочисленных сирийских войск.
— Минута, командир, — подсказал Кеша, когда мы прошли рядом с сопкой, обходя небольшую деревню.
— Снижаемся 100 метров, — впервые услышал я в эфире голос ведущего ударной группы.
По замыслу, вся восьмёрка МиГ-23, после взлёта должна была прижаться к земле и на 100 метрах идти к цели.
— 1-й, з… нял… ну, — услышал я прерывистый голос одного из сирийцев.
Начались помехи, которых не было до этой минуты. Команды от ведущего группы были трудно разбираемы.
— Вижу… три минуты, — услышал я в эфире, продолжая выполнять вираж над равниной.
Через минуту в нескольких километрах показались и МиГи. Ведущий выскочил из-за сопки, выполняя резкий отворот вправо. Следом прошла и остальная группа, вытянувшаяся колонной.
Пыльная дымка в районе Голан становилась всё более плотной. Возможно, это позволит МиГам скрытно зайти на цель.
Самые важные минуты. Давно не было у меня такого задания, когда нужно обеспечивать столь большую группу самолётов.
Один за другим самолёты уходили за хребет Голан.
— Манёвр! — прозвучала команда от ведущего. — Сброс! Слева…
— По мне справа. Отстрел!
— Ракета пошла!
Тут же эфир начали забивать и другие доклады. Можно было понять только одно — ПВО Израиля начало сбивать всё, что летит в направлении танковых групп.
— Не… недотяну! — доложил один из лётчиков.
