В темном лесу царило напряженное молчание, когда внезапный свет озарил поляну. Парень тут же зажмурился от яркости луча, не успев ничего разглядеть. Услышав смех и голоса вокруг, он содрогнулся от ужаса — люди говорили вроде бы по-старорусски, но непонятно, словно они из другого мира прилетели. Парень ощутил опасность, хотя и не знал что именно его тревожит....
– А коли и так, то что?
– Я тебе не враг. И мне плевать на твои былые прегрешения. Сам в дерьме по уши. Да, думаю, ты слышал. Так ведь?
– Только глухой в Туле о тебе не слышал. Нашумел ты знатно.
– И толи еще будет… Веришь – хотел жить тихо, как все, не выделяясь. А что выходит? Ничего хорошего.
– Ну отчего же? Ты жив – уже неплохо.
– Вот для того, чтобы и дальше быть живым мне и нужны люди. А кого взять? Да так, чтобы к ним доверие иметь. Все себе на уме. Все обмануть норовят.
– А ко мне зачем тогда пришел? Решил нищих с паперти набрать себе в услужение? Не боишься, что засмеют?
– Это ты сейчас нищий.
Петр пристально посмотрел Андрейке в глаза. Совсем другим взглядом, чем минуту назад. Холодным, жестким и чуть испуганным. Скорее даже взволнованным, чем испуганным.
– Не бойся, – махнул парень. – Мне тебя выдавать не с руки. Да и какая в том выгода? Мне люди нужны.
– А если не подойду?
– То я дам тебе копейку и пойду дальше. Болтать я не стану в любом случае. Но если ты пригодишься, то с собой в поместье заберу и к делу приставлю. Все лучше жить при деле, чем вот так.
– Ты говоришь путано.
– Я делаю тебе предложение.
– Нищему? – усмехнулся Петр.
– Я много за тобой наблюдал. Не знаю, почему ты тут сидишь. Но ты такой же нищий, какой из меня тополь.
– Отстань. – покачав головой произнес Петр и протянул ему полушку обратно.
– А может ты хочешь снова сесть в седло?
– Иди к черту!
– Ну смотри сам, – усмехнулся Андрейка. И ушел. Уронив на землю монетку, так ее и не приняв назад.
Но недалеко ушел. Просто дотопал до подворья отца Афанасия и сел у его дома на лавочку. Прикрыл глаза и задремал… или, во всяком случае, сделал вид, что это сделал.
Где-то полчаса спустя рядом сел Петр.
– Я тебя ненавижу. – тихо произнес он.
– Бывает.
– Как ты понял, кем я был?
– Отец Афанасий сказал.
– Вот зараза!
– Он не назвал настоящего имени и подробностей.
– Он же обещал! Вот…
– Почему? – перебил его Андрей.
– Жена, дети, брат малой и мать.
– Убили?
– Я должен был умереть, чтобы дать им жить.
– Долги?
– Не важно. Просто я должен был умереть. Для всех. А руки наложить духу не хватило.
– Хорошо. Но как я узнаю, что ты мне подходишь?
– А то ты не знаешь, – криво усмехнулся Петр.
