В темном лесу царило напряженное молчание, когда внезапный свет озарил поляну. Парень тут же зажмурился от яркости луча, не успев ничего разглядеть. Услышав смех и голоса вокруг, он содрогнулся от ужаса — люди говорили вроде бы по-старорусски, но непонятно, словно они из другого мира прилетели. Парень ощутил опасность, хотя и не знал что именно его тревожит....
И эта стабильная аномалия в доли секунды растворилась в хаосе. Настоящее же сместилось на неполные пять веков назад, начав заново развиваться. И там, в далеком 1552 году от Рождества Христова или, как тогда считали, в 7060 году от сотворения мира Андрей открыл глаза. И тут же зажмурился из-за рези от яркого солнца. Какой-то балбес догадался положить его так, чтобы солнечные лучи светили ему прямо в лицо.
Вокруг сразу залопотали.
«Ну что же, хотя бы местные края» – пронеслось в голове у Андрея с некоторым облегчением.
На Руси, понятно, он тоже будет выглядеть чужим. Но… хотя бы не настолько. Просто «ушибленным» слегка. Да и адаптируется быстрее. Оставалось понять только кем именно он тут очнулся. И скрестить пальцы за то, чтобы не оказаться крепостным там или холопом. Или, упаси Боже, холопкой. Профессор вроде бы говорил о том, что он попадет в тело предка-мужчины, но вдруг у этого «ученого лба» что-то пошло не так?
Часть 1.
– Можно с вами выпить?
– Выпить всегда можно… Можно даже кое-что выиграть.
– Например? Цирроз печени?
Геральд из Ривии и пьяницаГлава 1
1552 год, 2 июля, Тула
Немного еще повалявшись, Андрейка[4], а его здесь к счастью звали именно так, поднялся, отряхнулся и огляделся. Ощущения были странные. Тело было меньше старого и существенно легче. Из-за чего поначалу все вокруг казались великанами. Но это быстро прошло.
Куда важнее оказались ощущения. Он чувствовал себя словно в какой-то компьютерной игре. Почему? Сложно сказать. Скорее всего потому, что, он хоть и готовился оказаться в прошлом, но и сам до конца в это не верил. И использовал этот проект как возможность не думать о плохом в последние годы жизни. Чтобы наполнить их смыслом и чем-нибудь увлеченно заниматься. А тут раз – и все получилось. И наш герой оказался удивлен этому совершенно не шуточно.
Клим Дмитриевич делал свое дело – настраивал машину времени, доводя ее до ума.
Как и предполагал профессор, какие-то остатки личности далекого предка, которого Андрей так бессовестно подвинул из тела, сохранились. Прежде всего отрывки памяти и эмоциональные реакции на знакомых людей. Почему это сохранилось? Не ясно.
