Словно почувствовав наши взгляды, Феликс торопливо выбрался из-за стола и зашагал к выходу с таким видом, будто боялся, что его сейчас нагонят и начнут расспрашивать. Признаться, я его понимала.
— Какой хоть повод был? — полюбопытствовала Дейзи.
— Неважно, — буркнула я, выбираясь из-за стола. — Он извинился, я забыла.
Алек придержал меня за рукав.
— Не обижайся. Вместе пойдем. Потому что я все-таки отведу тебя к целителям.
— Сперва пусть Селия дочистит мундир, — сказала Дейзи и обернулась к подруге. — Сможешь?
Та кивнула. Вчетвером мы вышли на улицу. Селия заставила меня встать смирно и, так же как Дейзи, начала водить руками над одеждой. Только после ее манипуляций ткань становилась идеально чистой. Наконец Селия отшвырнула в кусты грязный шарик.
— Вот и все.
Я недоверчиво оглядела китель, отряхнула совершенно чистые штаны. Понюхала рукав — ткань пахла шерстью, а не едой.
— Спасибо. Научишь?
Она покачала головой.
— Не сейчас точно. Может, через несколько месяцев, когда ты научишься ловчее манипулировать магией.
Не то чтобы я ожидала другого ответа — примерно то же мне сказала Оливия, но получить подтверждение ее слов все равно оказалось неприятно.
— А скорее всего, через год-полтора, — безжалостно добавила Дейзи. — У меня до сих пор не получается — в последний раз, когда я пыталась сделать рубашку чистой с помощью магии, превратила ее в решето. Так что приходится возиться со стиркой.
— С этим надо родиться, да? Как с осанкой? — полюбопытствовала я, и Селия рассмеялась.
— С осанкой надо не родиться, а раз пятьсот получить линейкой по спине. «Держись прямо!» — передразнила она кого-то неведомого и хлопнула меня между лопаток так, что я подпрыгнула, невольно распрямляясь. Снова улыбнулась. — Ничего, на физуху походишь, к весне выправишься. И с магией все будет хорошо, дай только себе время.
Я кивнула. Придется учиться куда серьезней, чем мне думалось вначале, но кто обещал, что будет легко?
— А теперь к целителям, — вмешался Алек и прежде, чем я успела возразить, добавил: — И не спорь со старостой!
Хорошо что он не стал читать мне нотации по дороге, видимо, решив, что уже все сказал в столовой. Я тоже не рвалась поддерживать беседу: усталость после выплеска злости, сытный обед и солнечный день сделали свое дело. Я бы с куда большим удовольствием устроилась сейчас на лавочке полюбоваться парком, чем тащилась к целителю. Вот только ноющая челюсть не давала покоя, так что, наверное, Алек был прав."
"Перед дверями кабинетов целителей я заколебалась. Одинаково сильно мне не хотелось и показываться Родерику в таком виде, и второй день подряд беспокоить госпожу Агнес из-за собственной дурости. Алек разрешил мои сомнения, потянув на себя дверь кабинета Родерика.
— Вперед, — улыбнулся он.