Он принадлежал пику Цинцзин моей школы, так что ему надлежит покоиться бок о бок с другими лордами своей горы, чтобы его душа пребывала в мире. Сколько бы усилий ни затратило Ваше Высочество, ему не удастся наложить руки на тело нашего брата, пока дышит хоть один из нас.
– Так тому и быть! – присоединились прочие адепты.
Подобное развитие событий Шэнь Цинцю предвидел с самого начала – потому-то и поспешил на хребет Цанцюн при первой же возможности, зная, что его собратья лягут костьми, защищая его тело.
Уголок губ Ло Бинхэ приподнялся в зловещей улыбке.
– Сам я не стану вредить хребту Цанцюн, – опустив голову, неторопливо произнес он. – Равно как от моих рук не падет ни один из его адептов. Но у меня нет недостатка во времени, так что я подожду.
Это «подожду» царапнуло по сердцу Шэнь Цинцю, подобно стальным когтям.
Ло Бинхэ не из тех, кто станет скрывать истинные намерения за учтивыми словами. У него достаточно грубой силы, чтобы не тратить времени на дипломатические изыски. Когда какая-либо заклинательская школа становилась ему поперек пути, он обычно использовал самые безыскусные методы: резню, террор, захват власти. Едва ли он потратил целых два дня на окучивание хребта Цанцюн просто потому, что у него не нашлось занятия поинтереснее – скорее, он и вправду чего-то ждал.
А именно, чтобы сюда явился сам Шэнь Цинцю.
Кулаки заклинателя сжались сами по себе.
– Приступай, – бросил Ло Бинхэ.
Издав короткий возглас, Мобэй-цзюнь выступил вперед, но неожиданно остановился:
– Я уже провел достаточно сражений.
Очевидно, эти самые разбросанные в художественном беспорядке и вонзившиеся в стены глыбы льда были его творением.
– Так выбери вместо себя кого-нибудь другого, – велел Ло Бинхэ.
Мобэй-цзюнь кивнул. Запустив руку за спину, он вытащил на свет божий прятавшегося за ним человека."
"Приподняв его за шиворот, будто котенка, он швырнул его в центр зала между двумя противоборствующими сторонами. Шан Цинхуа с трудом поднялся на ноги, сотрясаясь от страха. Казалось, при виде него глаза адептов Цанцюн готовы были метать молнии.
И не только они: Шэнь Цинцю сам готов был плевать огнем в это вероломное [13] Верховное Божество, этого недоделанного эксперта [14] Сян Тянь Да Фэйцзи!
Ци Цинци тотчас выхватила меч с воплем:
– Предатель!
– Шимэй Ци, прошу, не надо браниться и размахивать мечом, – выдавил виноватую улыбку Шан Цинхуа. – Вы так красивы, и, веди вы себя хоть немного поженственнее…
Как и следовало ожидать, подобное замечание возымело прямо противоположный эффект: кипя от злости, Ци Цинци выплюнула:
– Я сейчас покажу тебе, кто тут шимэй!
Шан Цинхуа еле успел уклониться от ее удара, вновь укрывшись за спиной Мобэй-цзюня, однако тот безжалостным пинком послал его обратно.