Посиневшая [4] кожа охранявших тело адептов говорила о змеином яде – видимо, Му Цинфан не смог обнаружить никаких ранений, потому что клыки змеи слишком тонки, чтобы оставить видимый след укуса. Наверняка, осмотрев тела повнимательнее, можно было бы заприметить крохотные отметинки на кончиках пальцев или на пятках.
– События развивались чересчур быстро, – уклончиво бросил Чжучжи-лан. – У вашего покорного слуги [5] не было иного выбора, кроме как перейти к следующей стадии плана. Надеюсь, у мастера Шэня достанет великодушия, чтобы простить ему это прегрешение.
Шэнь Цинцю поневоле закашлялся. Как ни посмотри, а это «чересчур быстрое развитие событий» было его рук делом: он мало того что использовал реальгар, чтобы подчинить Чжучжи-лана, заставив его принять изначальную форму, так еще и проехал на нем верхом приличный отрезок пути. Да и в конце концов, никто из адептов серьезно не пострадал.
– Призвав меня в Священный мавзолей, ты избавил меня от одного… затруднения, – наконец признал Шэнь Цинцю. – Прежде ты упоминал, что хочешь затащить меня в Царство демонов. Ну вот я и здесь – теперь-то ты можешь наконец приоткрыть завесу над своими целями?
– Первую из них я уже изложил мастеру Шэню, – начал Чжучжи-лан. – Поскольку вы помогли мне, я чувствую себя обязанным отплатить фонтаном благодарности за каплю вашей милости. Что же до второй… строго говоря, за призыв мастера Шэня в ответе не моя скромная персона. Полагаю, о второй цели вам лучше спросить напрямую самого Цзюнь-шана."
"– Ладно, – суховато бросил Шэнь Цинцю. – Ну и где, спрашивается, Тяньлан-цзюнь?
– Но я думал, что мастер Шэнь уже удостоился аудиенции Цзюнь-шана, – непонимающе воззрился на него Чжучжи-лан.
Уже?!
Шэнь Цинцю опустил голову, воззрившись на каменный саркофаг.
Возможно ли, что внутри… был сам Тяньлан-цзюнь?
Да даже если так, едва ли это можно было счесть «аудиенцией»!
Крышка гроба, которую он перед этим безрезультатно пытался открыть, внезапно задрожала, а затем без особых усилий поднялась. Лежавшая под ней фигура приняла сидячее положение.
Опершись локтем на край гроба, его обитатель послал Шэнь Цинцю слабую улыбку:
– Лорд пика Цинцзин, я давно искал случая познакомиться с вами воочию.
Сказать, что это окончательно добило Шэнь Цинцю, значило не сказать ничего.
…Похоже, хобби всей семейки отличались изрядной эксцентричностью: сынок коротает время, обжимаясь с трупами, папаша – полеживая в гробу…
Что до внешности, то Шэнь Цинцю всегда считал, что ее Ло Бинхэ унаследовал от матери, Су Сиянь [6]. Однако теперь, глядя на Тяньлан-цзюня, Шэнь Цинцю видел, что кое-что от отца его ученику также перепало: к примеру, глаза.