Автор
Жан Лабарж оглядывал лес в поисках Роба Уокера, стоя рядом с гигантским кипарисом. Роб должен был уже подойти к Медовому дереву, но Жан задержался на мгновение, опасаясь внезапного разрыва в планах. Лес окутывала тишина, прерываемая лишь отдаленным карканьем ворона. Ветер шелестел высоко в листве, создавая необычайно мистическую атмосферу....
Жан вынул свой револьвер из-за пояса и положил его на колени под салфетку. Другой револьвер висел у всех на виду в кобуре.
Когда их преследователи, распахнув дверь, вошли в салун, они острым взглядом окинули Лабаржа и Турка и подошли к стойке. Все трое явно были бандитами, которые шли по их следу, чтобы убить и ограбить. Ни один честный человек, путешествуя по тропе, не скрывался так, как они. Быстро опрокинув по стаканчику, бандиты направились к выходу.
— Эй ты, в бизоньей куртке!
При окрике Жана все трое резко остановились и медленно повернулись, слегка при этом разойдясь по сторонам.
Последний вошедший из троих носил меховую шапку. У бандита в бизоньей куртке было узкое, покрытое шрамами лицо. Третий был невысокий, с широким, невыразительным лицом.
— Вы говорите с нами? — спросил он.
— Вы нас преследуете от самой долины Скотт Вэлли, вы заехали за нами в этот город. А теперь вот что я вам скажу: если мы снова увидим вас поблизости, убьем всех.
— Да брось ты! — раздраженно сказал один из троих. — Никого вы не видели. Мы едем даже не вашей дорогой."
"— А откуда вам известно, какой дорогой едем мы? Послушайте, когда я вижу людей, ныряющих в кусты на той тропе, которую только что миновал, я становлюсь подозрительным, а когда я становлюсь подозрительным, я к тому же делаюсь раздражительным, а когда я делаюсь раздражительным, я могу вначале начать стрелять и только потом задавать вопросы, поэтому во избежание неприятностей побудьте в городе несколько деньков.
— Мы поедем тогда и куда нам захочется! — Человек в меховой шапке постепенно наливался краской. — И мы не ныряли ни в какие кусты!
Жан приятно улыбался.
— А я говорю, что ты врешь!
Лицо человека, казалось, раздулось от гнева.
— Клянусь Богом! — заорал он. — Еще никто не обзывал меня вруном!
— Я только что обозвал, — холодно произнес Жан. Он решил покончить с ними сейчас же, на месте, выбранном им. — Более того, вы — пара мелких воришек.
Человек в меховой шапке был трусом, но он видел, что Жан в правой руке держит чашку кофе, и Жан угадал момент, когда тот потянулся к оружию.
— Ты назвал меня вруном! — закричал тот. — И клянусь!..
Револьвер человека выпрыгнул из кобуры, когда Жан уже выстрелил. Он стрелял левой рукой из-под стола.
