Сюрприз, Шоколад и Игрушка для бандита рассказывает о жизни обычной мамы, которая находится на пределе выносливости с тройнейшими детьми. Даже при этом она не может уйти от своего обременения в коридорах школы, где каждый предмет одетого ребенка становится критически важным для успеваемости и самоуважения детей....
– Раз Марь Иванна позвала, так идите!
* * *- Иришка, ты че меня дергала? – ухмыляется Марат на лестничном пролете.
- За охранника боялась, - поясняю я.
- А. А я думаю – чего она меня дергает? Не бойся, никого калечить не собираюсь.
- И это похвально.
Марат вдруг резко тормозит, я аж врезаюсь в его стальное тело по инерции.
- Ты за кого меня держишь, Ириш? – смотрит прямо в глаза.
А у самого карие, теплые, точно темный расплавленный мед на солнце.
- Я ж не гамадрил какой, просто так на людей не бросаюсь.
Верится с трудом, но ладно.
- Пойдемте! Дети уже в класс убежали, - снова дергаю Марата.
Перемена еще не началась, коридор пуст. Но Марь Иванна сама выглядывает из класса.
- Ирина, добрый день… - заикается Марь Иванна, а сама глаз не сводит с Марата.
Тот приосанивается, надувает грудь, занимая еще больше места в пространстве коридора.
- Вот наш папа, Марь Иванна! – заявляет Игрушка.
- Бандит и олигарх. – мрачно представляет Марата Сюрик.
Я бы обделалась после такого представления.
- Все как вы просили! – светится радостью Шоколадик.
- Вечер в хату! – глазом не моргнет Марат.
- З…здрасьте… Ирина Пална, это… кто?
- Это мой… хм…
- Я ее муж! – приходит на помощь мне Марат. – И отец тройняшек. Какие-то проблемы? – вытаскивает ключ от гелика и начинает нарочито поигрывать им, демонстрируя свои перстни.
Из класса начинают выглядывать любопытные детские личики одноклассников моих детей.
- А… мммм…. – мнется классуха. – Я просто думала, что они врут на счет…
- Врут?! – гремит на весь коридор Марат.
- Эм… я не так выразилась. В общем, что дети говорят не правду…
- Не правду??? За базар не отвечают?!
- Нет! Нет! – хватается за сердце Марья Иванна.
- Марат! – шиплю я.
- Подожди, Ириша. – Марат очень аккуратно затыкает меня. – Тут, видишь, нашим детям какие предъявы кидают. Не по понятиям все это! Ох, не по понятиям! – прищуривается недобро.
Вот в кого мимика Сюрика!!! Мои дети взяли от папочки три главные эмоции, три главные состояния: хитрость, веселье и гнев.
- Я… я… нет, я не то имела в виду! – идет пятнами Марь Иванна.
- А что?! Вы зачем меня от дел отвлекли? У меня еще разборки на три назначены, стрелка на четыре забита, и отжатие клуба на пять! Я за чем сюда приехал? Выслушивать, что мои дети вруны?! Вы бессмертная, Марь Иванна?!
- О, Господи, какой мужчина!!! – отливает кровь от головы Марь Иванны, она покачивается, но я тут же прихожу на помощь.
Открываю окно для свежего воздуха.
