Зима, вызванная злой магией Инелуки, охватила Светлый Ард. Саймон и Бинабик, неся один из трёх легендарных мечей принцу Джошуа, преодолевают опасные земли кануков и ситхи. Их путь полон испытаний и смертельных угроз, а судьба всего королевства зависит от успеха их опасной миссии.
Раздел Chitat.online для книги «Скала Прощания. Том 2» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Зима, вызванная злой магией Инелуки, охватила Светлый Ард. Саймон и Бинабик, неся один из трёх легендарных мечей принцу Джошуа, преодолевают опасные земли кануков и ситхи. Их путь полон испытаний и смертельных угроз, а судьба всего королевства зависит от успеха их опасной миссии.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Тэд Уильямс Легкое чтение Фэнтези Русское фэнтези подборки серии
Зима, вызванная злой магией Инелуки, охватила Светлый Ард. Саймон и Бинабик, неся один из трёх легендарных мечей принцу Джошуа, преодолевают опасные земли кануков и ситхи. Их путь полон испытаний и смертельных угроз, а судьба всего королевства зависит от успеха их опасной миссии.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Он испытывал ужасный голод и выжил только благодаря тому, что его нашел тролль – да и погода тогда была не такой пронзительно холодной. В те дни он воровал на одиноко стоявших фермах, а теперь брел по замерзшему дикому лесу, который превращал его прошлые скитания в легкую прогулку.
Вой грозового ветра усилился, воздух стал еще холоднее, и Саймон отчаянно дрожал. Постепенно в лесу стало темнеть, напоминая о том, что слабый дневной свет не может продолжаться вечно, и Саймон обнаружил, что с трудом борется с охватившим его ужасом. Весь день он старался не обращать внимания на тихий скрежет его когтей: временами ему казалось, будто он идет вдоль края пропасти, не имевшей ни дна, ни конца.
Саймон вдруг понял, что так можно легко сойти с ума – нет, конечно, он не будет махать руками, как нищий, что-то бормочущий возле таверны, – просто соскользнет в тихое безумие. Сам того не замечая, он сделает неверный шаг и полетит в бездну, близость которой казалась сейчас совершенно очевидной. Он будет падать до тех пор, пока не забудет, что падает. Его настоящая жизнь, воспоминания, друзья, прежний дом – все начнет уменьшаться, пока не превратится в древние пыльные предметы внутри его головы, как в давно заколоченной хижине.
«Неужели именно так человек умирает?» – вдруг подумал он. Останется ли часть тебя в теле, как наводившая ужас песня Скоди? Лежишь ли ты на земле и чувствуешь, что мысли постепенно исчезают, точно плотина из песка, которую уносит ручей? И теперь, когда ему в голову пришла эта мысль, – будет ли так уж страшно лежать во влажной темноте и постепенно переставать существовать? Не лучше ли это, чем безумные тревоги живых, бесполезная борьба с минимальными шансами на победу, паника и безнадежное бегство от неизбежной смерти?
Сдайся. Просто прекрати сопротивляться…
Эти слова оказались невероятно приятными, точно печальная, но красивая песня. Они напоминали нежное обещание, поцелуй перед сном…
Саймон падал, и это заставило его прийти в себя, он выбросил вперед руку и ухватился за ствол тонкой березы. Сердце отчаянно колотилось у него в груди.
И тут он с удивлением обнаружил, что снег собрался у него на плечах и сапогах, словно он долго стоял на месте, хотя ему казалось, что прошло лишь мгновение! Он тряхнул головой и принялся хлопать себя по щекам руками в перчатках, пока боль окончательно не привела его в чувство. Заснуть на ногах! Замерзнуть стоя! Что же он за олух такой!
Нет. Саймон застонал и тряхнул головой. Бинабик и Слудиг сказали, что он уже почти мужчина: он не допустит, чтобы оказалось, что они ошиблись. Он замерз и испытывал голод, и все. Он не станет плакать и не сдастся, как маленький ученик повара, запертый на кухне. С тех пор Саймон видел многое и совершил достойные поступки.
