В пустыне огня, где звезды мерцают холодными узорами, Саймон чувствует себя как маленький ребенок среди взрослых. Он наблюдает за Рубеном Медведем и Шемом Конюхом, которые обсуждают планы. Но в одно мгновение сон превращается: Саймон ощущает необычную реальность вокруг него....
– Бинабик погладил черную поверхность, как спину кошки. – Взгляни на него, Слудиг, мы были так поглощены нашими испытаниями и потерями, что едва не забыли про Шип. Он рождает легенды! Возможно, величайшее оружие, которое увидело свет в Светлом Арде, – более важное, чем Оиндат, копье Эрна или праща Чукку.
– Да, возможно, меч – могущественное оружие, – проворчал Слудиг, – но я сомневаюсь, что оно приносит удачу. Клинок ведь не спас Камариса, верно?
По губам Бинабика пробежала таинственная улыбка.
– Но у Камариса не было меча, когда его унесло в залив Фираннос; так рассказал шут Тайгер.
От налетевшего с диким воем порыва ветра зашумели ветви у них над головами. Слудиг подождал, когда все стихнет, и придвинулся поближе к уютному костру.
– Как мог такой великий рыцарь выпасть из лодки? Надеюсь, Бог даст мне возможность умереть достойно, в сражении. Это лишь доказывает, что с лодками лучше дел не иметь.
Бинабик широко улыбнулся, показав желтые зубы.
– Услышать такие слова от потомка величайших моряков, известных человечеству! – затем его лицо стало серьезным. – Впрочем, следует заметить, что многие сомневаются в том, что Камарис упал в море. Кое-кто считает, что он утопился.
– Что? Во имя Усириса! Зачем ему так поступать? – Слудиг возмущенно ткнул длинной веткой в костер.
Тролль пожал плечами.
– Это всего лишь слух, но я бы не стал игнорировать подобные вещи.
Бинабик наклонился вперед и начал вытаскивать из костра завернутых в листья птиц, стараясь не обжечь свои короткие толстые пальцы.
