В пустыне огня, где звезды мерцают холодными узорами, Саймон чувствует себя как маленький ребенок среди взрослых. Он наблюдает за Рубеном Медведем и Шемом Конюхом, которые обсуждают планы. Но в одно мгновение сон превращается: Саймон ощущает необычную реальность вокруг него....
Петлявшая тропа привела их к каменному мосту. Оказавшись на другом берегу реки, они попали в более лесистую часть долины. Саймон старался запомнить тропинки, которые они выбирали, но скоро обнаружил, что картины в памяти тают, иллюзорные, точно звездный свет. Он лишь помнил, что они пересекли еще несколько ручьев, и голос каждого следующего звучал более мелодично, чем предыдущий, пока они не вошли в часть леса, показавшуюся Саймону совсем тихой. Среди толстых узловатых деревьев даже песни сверчков были едва различимы.
Когда они наконец остановились, Саймон, к своему немалому удивлению, обнаружил, что уже стоял перед высоким, окутанным паутиной шелковых нитей, испускавших слабый свет, деревом, к которому вышел во время первой попытки к бегству. Казалось, будто огромное дерево вырастило для себя сияющий плащ.
– Я уже бывал здесь прежде, – медленно проговорил он.
В теплом неподвижном воздухе он вдруг почувствовал сонливость и удивительную настороженность.
Джирики посмотрел на него и молча повел к дубу.
– У нас есть разрешение, – спокойно сказал он.
Дверь бесшумно открылась внутрь.
За дверью глазам Саймона открылась совершенно невозможная картина: узкий коридор, уходивший вперед и затянутый шелком, как входная дверь дома-дуба. Крошечные источники света, размером со светлячка, горели внутри матовых нитей, наполняя коридор мерцающим сиянием.
Их со всех сторон окружали сети из шелковой паутины, словно они двигались среди облаков и звезд. Странная сонливость все еще одолевала Саймона, каждая деталь казалась четкой и чистой, но он не знал, как долго они шли по мерцавшему проходу.
