Возможно, потому, что тетушка Софи не всегда была добра к своим пасынкам, и когда на свет появился ее собственный сын... Она все сделает для своего Рауля, а вот Джона, Чарлза, а потом сына Джона Дэниела почти не замечала. – Он снова вздохнул. – Временами выносить тетю Софи очень нелегко, но в целом... я благодарен ей за спасение Стоунгейта и за то, что она придала устойчивости этой ветви семейства Уэстонов. Я, правда, не знаю, что случилось бы с дядей Харланом, если бы не было Софи. И с Чарлзом... Между ними нет особой приязни, но в прошлом она смогла несколько сдержать его буйства... пусть ее методы были не самыми милыми.
– О да, – с резким смешком отозвался Джулиан. – Она не раз била его этим по голове. Я иногда удивлялся, как это он не свернет ей шею. – Он погрузил нос в ее душистые пышные волосы. – Но хватит, давай поговорим о других вещах, кроме моих беспутных родичей.
– О чем, например? – беспечно спросила Нелл, ощущая, как твердеет, упираясь в ее бедро, его мужская плоть.
– О том, какой красивой ты была сегодня... – Его рука прошлась по ее животу. – И как чудесно растет у тебя внутри мой сын.
– Твой сын? – хмыкнула Нелл. – Откуда ты знаешь? А если я ношу дочь?
Джулиан потыкался носом в ее ухо.
– Ладно, пусть будет дочка. Я не возражаю против того, чтобы заполнить дом прелестными амазонками. Я буду ждать этого, но верю, что со временем ты подаришь мне наследника. – Его губы нашли ее рот, и он поцеловал ее страстно, крепко. Его руки скользнули под ее ночную сорочку и плотно легли на тугие груди. – И прямо скажем, – выдохнул Джулиан, – делать детей – занятие увлекательное. – Сорвав с Нелл сорочку, он отшвырнул легкую ткань в сторону и пробормотал: – По правде говоря, я не знаю ничего приятнее.
Склонив голову, он поймал губами один соблазнительный сосок и слегка его прикусил.
– М-м-м, сладкий, – промычал он, обводя языком напрягшийся бутон. – Слаще весенней клубники. – Он сильно втянул его в себя, и стрелы наслаждения пронзили все тело Нелл.
Позже они лежали рядом, сытые и ленивые, наслаждаясь сладостью отдыха после соития. Голова Нелл покоилась на плече Джулиана. Она упивалась этим моментом. Они так подходят друг другу, подумалось ей, но все же между ними пропасть. Пропасть, имя которой – Кэтрин.
Нелл не была трусихой, но ей пришлось собрать все свое мужество, чтобы спросить:
– Ты ее очень любил?
– Кого? – растерянно спросил Джулиан, не понимая вопроса.
– Кэтрин, – храбро уточнила Нелл.
Джулиан напрягся. С трудом сдержав рвущееся наружу проклятие, он резко сел на постели и, взволнованно проведя рукой по волосам, сухо осведомился:
– Какого черта! Какое отношение она имеет к нам? Она мертва, Нелл, мертва и похоронена. Забудь о ней!
– А ты можешь ее забыть? – с отчаянием спросила Нелл.