Автор
Комната была наполнена мелкими фиолетовыми искрами, символизируя непредвиденные перемены в судьбе Магдалены. Светлые тона украшали стены, а из глубины источника доносились звуки веселья гостей. Но Магдалена чувствовала не только физическую боль, но и тонкий укол гнева противников....
Лицо ее было закрыто плотной вуалью.
– Как здоровье Его милости? – спросил врач, отвлекая внимание слуги.
– Очень, очень плохо, – ответил старый слуга. – Конец может наступить когда угодно. Только желание вновь увидеть внучку держит его на этом свете.
С приличествующей случаю торжественностью они поднялись по лестнице. Подошла служанка, взяла за ручку четырехлетнего единокровного брата Магдалены и удалилась. Малышу не следовало присутствовать при кончине старика.
– Его милость в голубой гостиной, – тихо пояснил слуга.
Они сняли верхнюю одежду и с достоинство вошли. Фру Бакман, урожденная Берг, по-матерински обняв за плечи падчерицу Магдалену, коммерции советник Бакман, так и не поднявшийся выше чина, выхлопотанного тестем Молином, и доктор Эрик Берг, здесь называвший себя Люнгквист. Чтобы никто не узнал о его близком родстве с этими людьми.
Старый Молин полулежал на подушках в своей огромной постели. Адвокат скромно сидел чуть в глубине – за маленьким столиком по другую сторону кровати.
Молин весьма убедительно задыхался.
«О Боже, как он стар и жалок, – с отвращением подумал Бакман. – Теперь тебе не помогут все твои денежки, старый хрыч! Уплывут от тебя, как бы ты не жмотничал!»
– Магдалена, – прохрипел Молин. Девочка вышла вперед и сделала книксен. Господи, настоящая Магдалена никогда бы так не поступила, – раздраженно подумал Бакман. – Она бы порывисто обняла дедушку. Но эта, разумеется, так не могла. Ей нельзя было приближаться к полуслепым глазам старика».
– Как я рад вновь видеть вас, – с усилием сказал Молин. – Моя дорогая Магдалена, ты не взяла с собой Сашу?
Девочка беспомощно уставилась на Бакмана.
– Ой, с Сашей такое несчастье, – быстро произнес он. – Он подцепил собачью болезнь, и пришлось его пристрелить. Поверьте, мы все ужасно скорбели о бедном животном!
Бакман говорил так громко, что у Молина резало в ушах. Адвокат кашлянул.
– Может быть, приступим к подписанию бумаг?
– Да, конечно, – прохрипел Молин.
– Что? Да, разумеется, – озабоченно ответил доктор Берг.
Адвокат объяснил суть дела.
– Мы исходим из того, что отец Магдалены, то есть Вы, советник Бакман, поначалу поможете девочке вникнуть в управление капиталом.
– Конечно, господин адвокат. Я всем пожертвую ради блага дочери.
– В этом мы не сомневаемся, – сказал адвокат.
Бакман подозрительно посмотрел на него.
