Автор
Новогодним утром 1990 года, два ребенка были найдены живыми на ступенях алтаря церкви. Сотрудники больницы сообщили, что дети находятся в тяжелом состоянии но остаются стабильными. Полиция усиленно ищет их мать — жену покойного врача, возможно нуждающуюся в помощи. Власти осведомлена об этом скандале у алтаря и внимательно следят за развитием событий....
Себ несколько секунд смотрел на нее, а затем со стоном подхватил на руки и, неся, как долгожданный приз, шагнул к кровати.
Положив Мари, он опустился на колени рядом с ней и убрал ее локоны со щек и лба. Выражение глубокой сосредоточенности на его лице заставило внутренности Мари сжаться."
"Наклонив голову, Себ провел языком по ее губам, а затем скользнул в горячий влажный рот. Его ладонь легла на ее грудь, пальцы затеребили сосок. Потом он втянул его в рот, увлажнив ткань и вызвав у нее хриплый стон удовольствия.
Ее спина выгнулась дугой, пальцы запутались в его волосах. Она слегка напряглась, когда его руки скользнули под ночную рубашку, но почти сразу расслабилась, потому что они пробуждали невероятно приятные ощущения. Мари изнемогала.
Неожиданно Себ встал.
Ее глаза расширились, она чуть ли не с испугом взглянула на него.
– На тебе слишком много одежды.
Себ стал снимать с нее халатик и ночную рубашку. Глаза ее закрылись.
– Смотри на меня.
Подчиняясь его негромкому гипнотическому голосу, она открыла глаза.
Себ испытывал вожделение такой силы, что сердце останавливалось в груди. Тело, представшее его взгляду, было совершенным – полные, тяжелые груди, тонкая талия и бесконечные ноги, которые скоро обовьются вокруг его талии.
– Ты хотя бы догадываешься, как сильно я тебя желаю?
– Думаю, у меня есть некоторое представление, – ответила она, смело проводя рукой по его груди и животу.
Себ рассмеялся и снял трусы, чем вызвал громкий вздох Мари.
Первое же прикосновение кожи к коже заставило ее тело запылать. Жар усиливался по мере того, как Себ целовал и ласкал ее. Когда он раздвинул ее бедра, наслаждение, в котором она словно растворилась, граничило с болью.
Себ лег на спину, и Мари тут же принялась с жадностью исследовать его горячую, слегка влажную кожу, завороженная его силой. Он, закинув руки за голову, смотрел на нее из-под полуопущенных ресниц. Глаза его блестели.
Впервые в жизни Мари ощутила свою пьянящую женскую силу, когда добралась до символа его мужественности и услышала стон.
– Позволь подарить тебе наслаждение, Мари, – прошептал он ей на ухо.
– Да, пожалуйста, да!
Ее страстная мольба заставила его издать рычание.
– Я не спала с Адрианом.
Себ поднял голову, несколько раз моргнул и прохрипел:
– Хорошо.
– Вообще ни с кем.
Откровение заставило его застыть.
