Автор
В темноте, где каждый шаг кажется подозрительным, ты находит последнюю связь с Джанной, прежде чем новый вечер завтра обернется в непредсказуемую трагедию. По улицам ты ищешь знаки Даны — призрак былой любви возвращается, но теперь уже как опасная привычка.
А когда ты останешься без защиты, без денег и продолжишь быть Аверьяновой, дочерью человека, по вине которого пострадали и погибли люди... Не знаю, как Эрик, а я за тебя переживаю. Где гарантии, что тебя действительно никто не тронет?
Эти слова задевают за живое и попадают в цель.
– Да, Эрик испытывает влечение, но, когда тебе обезумевшая от горя мать плеснет кислотой в лицо или у дома вечером голову пробьют – вот это будет любовь. Великое чувство! Ни за что не проверю, что Багдасаров этого не понимает. Меня очень смущает этот момент.
Я закрываю руками лицо. Жанна озвучивает мои страхи и мысли. Точно человек-рентген. А еще есть душевыниматель и мозговыворачиватель. Ну и окружение у меня.
– Не знаю ничего, Жанна, – мой голос дрожит и руки тоже. – Тот самый случай, когда разум и сердце противоречат друг другу, я не знаю, кого слушать.
– Ты никогда легких путей не искала. Так что я даже не удивлена, что сейчас ты оказалась в подобной ситуации.
Жанна обнимает меня за плечи, и так мы сидим какое-то время.
Вечером друзья расходятся. Ближе к полуночи звонит везунчик. Голос у него уставший. Эрик говорит, что весь день был занят делами, потом на допросе у следователя провел четыре часа и ехать ко мне уже не осталось сил. Почему все проблемы разом навалились? Хочу обратно во Владивосток.
– Когда у тебя встреча с отцом? – спрашивает везунчик.
– Завтра.
Воцаряется напряженное молчание.
– А почему не сказала?
– Ну вот сейчас говорю.
– Я постараюсь вырваться, но если опять вызовут на допрос, то у меня даже телефона не будет под рукой. С тобой кто-то поедет? Адвокат? Даня?
– Ибрагимов. Но Даня сказал, что тоже подъедет.
Эрик опять молчит.
– Дане отбой дашь. Я сейчас Яна наберу. Он с тобой поедет.
Я слышу, как везунчик тяжело дышит.
– Не нужно. – Губы почему-то начинают дрожать. – Иман меня не обижает, не пытается сделать ничего плохого, а Даня...
– Как освобожусь, сразу приеду, – перебивает Эрик. – А до моего появления будешь с Яном.
