Сказание о Старом Урале — читать онлайн бесплатно полностью

– Еще что скажешь, Никита? – спросил Семен.

– Неужели не ясен тебе мой ответ? – снова вспылил тот.

– Не заносись перед нами, – сказал Максим. – Уж покрикивать стал, как на варнице!

– Погоди, Максимушка! Пусть нам в глаза скажет, о чем за нашими спинами в Кергедане шепчут.

Семен погладил ладонями столешницу.

– Не по нутру тебе, дядя, что своим умом живу?

– Своим ли? Может, поешь с голоса дружков-прихлебателей? Как клопов, развел их возле себя в Кергедане. У всех один замысел: спор между нами зародить и родовое богатство по кускам растащить. Волком на меня оскалился? Отцову тропинку выбираешь? Купчишкой мелким оборачиваешься? Татар боишься? Или прибыль от сибирского похода, от новых земель льготных, тебе карман порвет? Или слава Руси тебе не радость?

– Не верю, что хватит у нас силы Кучума одолеть.

– А тут вера не нужна. Тут расчет, только крупный. Чего же ты раньше молчал о своем маловерии? Почему руку писца не остановил, когда в царское дозволение твое имя вписывали? Надеялся моими руками жар загрести?

– Жалею, что не сказал в Москве, как волю свою насильством утверждаешь. Задерешься с Кучумом, а я на Каме за тебя отвечай? После смерти отца я на Каме хозяин.

– Пока я жив, хозяйкой Камы будет твоя матушка, Катерина Алексеевна. Слышишь? Не будет у тебя ни Камы, ни Кергедана, ежели посмеешь ослушаться. По тонкой осинке, Никита, прежде времени в знатность лезешь.

– Мне сибирских владений не надо. Это в тебе ненасытная жадность к земле.

– Вот о чем помянул? – Семен встал, даже сдвинул тяжелый стол с пути и шагнул к Никите. Тот от неожиданности прижался к печи... Только выкрикнул:

– Дядя!

Семен уже схватил его за плечи, встряхнул было, но тотчас отнял руки, тяжело дыша, вернулся к столу и совсем тихо сказал Максиму:

– Отвори окошко. Душно мне. Не приняли мы с тобой в расчет, Максим, непонятливость нашего Никиты. Не в силах он уразуметь, что замирение Сибирского царства не одним Строгановым, а всему народу русскому надобно. Великой Руси замиренная Сибирь нужна.

В раскрытое окно задувал ветер, пламя свечей моталось в стороны и коптило, растопленный воск стекал по подсвечникам и застывал бугорками. Беспокойно метались по стенам тени трех Строгановых.

– Так вот, Никита, запоминай, что скажу. Трутнем быть в семье не дам. Дружков своих московских из Кергедана немедля вымети под чистую метлу. Неспроста матушка твоя от тамошнего уклада жизни из родного дома сюда перебралась.

– Не потому она на Чусовой. Другая в том причина.

– Сказывай!

– Глянется ей возле тебя быть.

Строганов погрозил племяннику пальцем:

– Никита, легче на поворотах ходи. Знаешь меня! Вдругорядь так тряхну, что дышать перестанешь.

– Дядя Семен!

– Строганов я для тебя, Семен Иоаникиевич, с этой минуты.

Семен перевел дух. Помолчал.