Сказание о Старом Урале — читать онлайн бесплатно полностью

Если Акинфий надумает применить к ней пытку, Сусанна твердо решила свалить всю вину на Прокопия.

В кромешной тьме подземелья Сусанна пыталась приготовиться к допросу, обдумать ответы, найти средства разжалобить Акинфия. Ей все еще верилось, что прежняя власть над ним не утрачена и вернет ее вновь в привычную роскошь опочивальни.

* * *Когда Шанежка прибежал уже после полуночи на зов хозяина, тот отобрал у приказчика ключи от подземелья и грубо прогнал, не спросив никаких подробностей о том, как ловили Сусанну и как она повела себя в подземелье.

Сам Демидов вторые сутки не выходил из спальни, ничего не ел, пил крепчайшую брагу кружками, не испытывая даже легкого опьянения. Он еще никогда в жизни не ощущал в себе такой холодной, давящей злобы. Он гневался не на обманщицу, которую мысленно обрекал на самую лютую казнь, а на самого себя. Он испытывал мучительный стыд перед самим собой за то, что за столько лет совместной жизни не смог распознать этой женщины. Обманулся, как безусый юнец! Теперь он догадывался, что за все эти годы она не сказала ни одного искреннего слова и, даже лаская, лгала. Как мог он верить этому дьявольскому притворству, этим лживым чарам, до того заворожившим его, Акинфия Демидова, что смогли даже в его каменной душе пробудить давно забытую жалость и нежность?

Измученный гневом и этими мыслями, Демидов уже не раз порывался кинуться в подземелье, нещадно бить ее за все, что она сотворила с его душой. Но он смирял эти порывы, боялся, как бы не подпасть снова под колдовское обаяние этих лживых глаз и не размякнуть. Несмотря на всю свою ненависть к обманщице, он не мог избавиться сразу от ее прежней власти над ним. Всем своим трезвым, жестоким, холодным умом Акинфий ненавидел эту женщину. Сердцем же он все еще принадлежал ей, все еще любил ее, непокорную, властолюбивую и все же мягкую и нежную... И хотя ее ложь была очевидна и вырыла пропасть между ним и ею, Демидов никак не мог решиться начать экзекуцию.

Он сознавался себе с трудом, что жестоко страдает от обиды, чувствует себя оскорбленным как человеческая личность. Да как это смогла простая купчиха столь оскорбительно пренебречь таким человеком, как он, приближенный к императрице, вершитель судеб целого края, богач и заводчик Демидов? Как она, только любовница, посмела пренебречь его любовью, не понять, не ценить такого чувства!

Бегство он бы еще простил, смог бы объяснить порывом на волю, прихотью, капризом. Захотелось, мол, побегать, пошалить по-детски, потому что надоело, приелось чрезмерное богатство. Но куда и зачем она убегала? К кому? Неизвестность причин побега терзала его любопытство, будила страшное подозрение. А допрашивать холопа Шанежку ему, гордецу Демидову, претило. Пусть сама скажет!

Мучили самые мрачные предположения.