Но зачем же печку чистить? На то истопники есть. Ты бы повышивала лучше что-нибудь.
– Обязательно, – буркнула я, сообразив, что умудрилась размазать угольную пыль не только по рукам.
– А зачем за сундуки понесла? – спросил вдруг воин. – Печка-то, вот она!
Он указал рукой в противоположный угол, как будто я сама могла не заметить пузатый обложенный изразцами бок.
– Переодеться хотела. Видишь же, испачкалась, – выкрутилась я. – Ты вроде поговорить хотел? Так говори, пока соседки мои не вернулись.
Воин стрельнул исподлобья тяжелым взглядом, но спорить не стал. Прошел к лавкам, сел, отпихнув в сторону подушки, и приглашающе указал мне на какой-то пуфик.
«Вот еще, – приподняла одну бровь я. – Буду я на тебя снизу вверх смотреть. Фигушки!»
Подтянула ногой тяжелый трехногий табурет и села.
– Кто ты, Марина? – спросил Ворон, едва я умостилась.
– Как кто? – опешила я. – Невеста твоя вроде как. Временная.
– Временная… – хмыкнул воин. – Невесты все временные. Они же потом женами становятся.
– Все? – усмехнулась я. – Это уже гарем получится.
– Гарем, это у басурманов. Нам такое невместно.
– Ну и славно, – не стала спорить я. – Так ты что хотел, Ворон?
– Знать хочу, кто ты. Не ведьма. То мне волхв подтвердил. Да я и сам это вижу. Да только и не простая девица.
– Простая, – буркнула я, желая расставить все точки над «и». – Ни князей в родственниках, ни приданого не имеется.
– Да какая разница! – махнул рукой воин. – Я ж не о том спрашиваю. А что князей нет, то и хорошо. Не добро это, когда жена мужем в угоду родственникам вертеть начинает.
– То-то ты Луизку выбрал, – не удержалась от сарказма я. – Она же у нас сиротинушка, бродит неприкаянная по белу свету, мужа ищет. То одного пощупает, то другого. Примеривается.
– Вот про Луизу я и хочу с тобой поговорить, – выдал вдруг Ворон.
– Про Луизку?! – черная змея ревности моментально заворочалась глубоко в груди. – Ты пришел ко мне, чтобы поговорить про эту курицу заморскую?! И это после того, как целова…
Я осеклась, понимая, что еще пара слов, и сорвусь в банальную истерику. И закачу этому болвану не менее банальную сцену ревности, на которую, кстати, не имею никакого права. Черт его знает, какие тут порядки? Может, Ворон уже всех невест перецеловал, просто я об этом не знаю?
«Ни Ваську, ни Лельку точно не целовал!» – напомнил внутренний голос.
«Может, до них еще очередь не дошла?» – тут же подоспела вторая мысль.
Но Ворон не стал ждать, пока я разберусь со своей ревностью.
