Он просто сгреб меня в охапку и, пересадив к себе на колени, смял губы требовательным поцелуем. Доли секунды я еще упиралась ладонями ему в грудь, но почти сразу забыла и о сопротивлении, и о каких-то там мыслях. От воина пахло незнакомыми травами и лошадьми. И это запах пьянил не хуже вина. Я обняла его за шею, запутавшись пальцами в длинных, чуть вьющихся прядях, схваченных на затылке кожаным шнурком.
Но не успела окончательно позабыть о существовании мира, как Ворон с видимым усилием оторвался от моих губ, а через секунду и вовсе одним движением пересадил обратно на табурет. Я с трудом сдержала разочарованный стон: «Да что он себе позволяет?»
– Верно… Все верно… Все, как волхв говорил… – пробормотала Ворон, и мое разочарование сменилось злостью.
– Так это ты теории колдуна проверял? – возмущенно вскочила я.
– Что проверял? – недоуменно хлопнул глазами воин. – А, ну да. Проверял. С тобой тепло. Будто сама весна у меня в руках расцветает и солнышком вешним гладит.
– Чего? – окончательно запуталась я.
– А Луизу целую, будто статую ледяную. Кровь в жилах стынет, – продолжил он, словно и не услышав меня. – Кто ты, Марина? Откуда пришла в мою крепь?
– Ты теплая и живая. А она – будто мертвая. А ведь я ее люблю.
– И ты пришел об этом сообщить? – нахмурилась я и впервые с начала этого странного объяснения взглянула Ворону в глаза.
Вы когда-нибудь видели новогодние гирлянды? Такие лампочки, которые медленно гаснут, а потом так же медленно разгораются? Вот и глаза Ворона, как эти гирлянды, медленно гасли.
– Эй! – слегка испугалась я. – Что с тобой?
И тут с грохотом распахнулась входная дверь…
На пороге стоял Горислав. Увидев брата, он качнулся было назад, но, тряхнув головой, все же шагнул в комнату.
– Ворон, Марина пропала! – громко сообщил он.
– Эй! Я вообще-то тут! – высунувшись из-за плеча Ворона, я помахала рукой, совершенно забыв о порванном рукаве. Впрочем, я давно уже о нем забыла.
– Тут? А что тогда здесь происходит? – опешил Горислав, переводя взгляд с рваных лоскутов на брата.
– Опять ты в горницу к моей невесте лезешь? – пророкотал, поднимаясь, Ворон.
– То есть помешал?! – огрызнулся Горислав, сжимая кулаки. – Совсем разум потерял? На призванную невесту набросился?
– Не твое дело! – он шагнул вперед.
– Стойте-стойте! – вмешалась я, вклиниваясь между ними. Воздух словно наэлектризовался от ярости, которую излучали воины. – Это не то, что ты подумал!
– Кто из нас? – прошипел Горислав, хватаясь за рукоять меча.
