А то ты на обед не пошла…
– Спасибо, – сквозь зубы выдавила из себя я.
– Так я поставлю там. У окошка, – проблеяла девица и наконец убралась с глаз долой.
Вскоре хлопнула дверь, знаменуя, что я снова осталась одна.
– Какие все заботливые, – пробурчала я с оттенком стыда. В конце концов, на девицу я окрысилась совершенно зря.
Плюнув на остывающий обед, я вернулась за ширму и, кое-как отмывшись, переоделась в рубаху и ненавистный сарафан. Взглядом невольно поискала какую-нибудь веревочку, чтобы подпоясаться, но ничего подходящего не нашла. В то же время ощущение было не из приятных. Казалось, будто напялила на себя чехол от «жигулей».
Я извернулась и, стянув излишки ткани за спиной, попыталась рассмотреть свое отражение в бадье с водой. Куда там? Изображение резала рябь всякий раз, стоило мне только задеть край деревянной бочки. Вместо своей может и не идеальной, но вполне приличной фигуры я видела только нечто широкое, бесформенное и цветастое. В конце концов махнула рукой и пошла к столу.
Пироги и какое-то мясное рагу в глубокой миске уже давно остыли. Я без особого энтузиазма села на лавку и ковырнула двузубой вилкой застывшую пленку жира.
И тут в очередной раз без стука распахнулась дверь, и в спальню ввалилась Василиса:
– Ой, Маринка, все интересное ты пропустила! – заявила она.
– Да неужели? – фыркнула я, припомнив свои приключения в безопасной, казалось бы, комнате. – И что пропустила? Обед?
– Да нет! Обед мы тебе принесли! – отмахнулась Василиса, пропуская в комнату Лелю с большим плетеным подносом.
– Принесли? – переспросила я, еще не понимая, что меня так насторожило в этой невинной фразе.
– Ага… Принесли… – отозвалась царевна, не отрывая взгляда от двузубой вилки с кусочком мяса у меня в руках.
– И зачем ты меня заставила это тащить?! – возмущенно поинтересовалась Леля, бухнув свой поднос на стол рядом с моими тарелками. – О! А таких пирогов у нас не было.
Она цапнула румяный пирожок и поднесла ко рту
– Не тронь! – рявкнули мы одновременно с Василисой.
– Жадины! Тут же на всех хватит! – обиделась Леля, выронив выпечку.
– Действительно, на всех… – задумчиво проговорила царевна.
Оттеснив от стола ошарашенную княжну, она взяла у печки кочергу и, наколов на нее упавший пирожок, отнесла его в топку. Только тут я сообразила, что все еще держу в руках вилку с кусочком мяса, который чуть было не съела, и отбросила ее, как ядовитую змею.
