Автор
В ГУМе есть особенный магазин «Гостиная тетушки Эмили», где каждый предмет — это искусство и любовь к деталям. Как никто не замечает красоту в повседневных вещах, так и вы найдете что-то уникальное для себя или близких, даже если ваш муж Олег Куприн обычно не заходит в такие места....
– Эй, пусти меня!
Но супруг не отзывался, он включил на полную мощь душ и упорно делал вид, что не слышит посторонних звуков. Разозлившись, я пнула дверь ногой и пошла на кухню. Томочка стояла возле плиты, держа в руках большую сковородку.
– Чего Олег такой злой? – поинтересовалась я, включая чайник.
Томочка удивленно взглянула на меня.
– Ты почему дома не ночевала?
– Ну.., э.., я работала.
– И где же, интересно? – донеслось из коридора.
– В архиве.
– Ври да не завирайся, – сказал Семен, входя на кухню, – по ночам все закрыто, народ в кроватках спит!
– Вот уж глупость! – всплеснула я руками.
– Но ты не ездишь на машине с красным крестом, не тушишь огонь и не месишь тесто, – сердито ответил Семен.
Раздался скрип входной двери. Я ринулась в прихожую, увидела, что она пуста, бросилась на лестничную клетку и услышала шуршание. Лифт, закрыв дверцы, понесся вниз.
В самом ужасном настроении духа я вернулась домой и легла на кровать.
– Очень красивый, я всегда хотел такой.
В результате, поняв, что Куприн все равно купит произведение неизвестных ремесленников, я изо всей силы пнула супруга, а он схватил меня за локти, посадил на стул и прошипел:
– Не позорься!
Но самое интересное разыгралось потом.
– Всю жизнь мечтал иметь «Мадонну». Витька Попов в Германии служил и привез сервиз себе еще в восьмидесятых.
– Так почему ты сейчас не купил? – удивилась Томочка.
– Вилка запретила, – с самым несчастным видом ответил мой майор. – Сказала, ужасно неинтеллигентный вид!
Томочка с укоризной посмотрела на меня. Вечером у нас на кухне появился еще один комплект чайной посуды: шесть переливающихся перламутровой краской чашек с аляповатыми картинками: вельможа в камзоле держит под руку даму, одетую в необъятный кринолин.
