– Как её зовут?
Действительно, очень красивая. Майяри не бывала такой красивой даже в свои самые благополучные года.
– Дирмайя, – угрюмо отозвалась она.
– М-м-м… что-то знакомое, – Вахеш задумчиво посмотрел в небо и охлопал карманы в поисках трубки.
– Ну да, – всё так же невесело отозвалась девушка. – Я взяла её имя, переставила-перевернула части, прибавила по букве в начале и конце, и вышла Амайярида.
– Серьёзно? – поразился оборотень. – Ты взяла такое приметное имя и надеялась, что никто не догадается?
– Да как раз наоборот, – поморщилась Майяри. – Ни один из моих побегов не был успешным, и я думала, что меня опять поймают. Дед бы обязательно догадался, что это за имя такое, и взбесился бы. Наверное… Но меня не поймали.
– И продолжила называться Амайяридой?
– Ну, – тут девушка малость смутилась, – я несуеверная, но это был мой первый удачный побег и… Ну я решила, что это имя, может быть, меня и оберегает.
Вахеш задумчиво посмотрел в сторону соседнего костра. На помощь господину Борвиду пришёл старейшина Гейер. Старик сам первым отпил из кружки – оборотень почему-то здорово смутился – и опять протянул её женщине. Та ещё помешкала, но, видимо, жажда её уже терзала, а слёзы иссушали тело, и она всё же начала пить.
Через пару минут господин Борвид заботливо распрямил её ножки, прикрыл одеялом и поставил рядом сапожки. И озадаченно почесал затылок, смотря на прикорнувшего рядом старика. А затем, вздрогнув, уставился на невесть откуда возникшего мальчишку Рийгана. Судя по нехорошо сузившимся глазам и затрепетавшим волосам, пареньку совсем не понравилось положение, в котором оказался его господин, и оборотень принялся громогласно уверять его, что сонное зелье совсем безвредно, а отоспаться после столь долгой дороги старейшине не мешало бы.
– Ты мне только скажи, как так вышло? – не утерпел Леахаш. – Если она умерла, то…
– Умерла? – удивился Вахеш, пропустивший всё самое интересное.
– Я не знаю, – смалодушничала Майяри, утыкаясь в грудь мужа, но потом всё же призналась: – Я думала, Ёрдел сорвался и умер.
Брат повернул к ней закрытую капюшоном голову. Как он мог умереть? Туманный воздух рыхловат, но за него всё равно можно уцепиться.
– И попросила Горного духа вернуть его.
– И он так тебя послушался? – недоверчиво уточнил Вахеш.
– Так вышло, что он мне был должен, – у Майяри не было сил рассказывать про храм, ритуал и чёрные ладони. – Одну услугу в обмен на десять лет жизни.
Ладонь на плече Майяри напряглась, и она непонимающе уставилась на мужа. Чего он? Это же всего десять лет жизни.
– И я попросила вернуть брата.
– Но он вернул бабку, – иронично протянул Вахеш.
– Он притворился, что не понимает, о ком я говорю, и я попросила вернуть последнего умершего одной со мной крови.