В мире двадцатого века множество возможностей и потенциалов, но и туманности, как будто вечное несущее начало жизни на Земле само по себе. Я понимаю, что мои знания могут стать ключом к завершению цикла мореплавания в двадцатый век, чтобы история не осталась безнаправленной петардой. Вместе мы будем решать загадки прошедших эпох и создавать новую траекторию для человечества....
Македонский ставленник Севт, сын Керсеблепта, последнего независимого правителя Одрисского царства, уже приезжал на поклон к Александру, подарил ему пяток жеребцов, довольно рослых и крепких. Фракийцы сейчас основные поставщики лошадей, в том числе и за счет перепродажи скифских.
Новость была интересная, поэтому я пригласил Лизия к костру:
— Присаживайся, отужинаешь с нами.
Старого вояку уговаривать не надо. Впрочем, любого грека не надо уговаривать, если светит халява. Скромность и стеснительность числятся у греков в недостатках.
Громко втянув широкими ноздрями, из которых торчали черные волосины, исходящий от запекаемого мяса аромат, Лизий воскликнул:
— Ах, как приятно пахнет! Я сейчас слюной захлебнусь!
Я полностью был согласен с ним. В шашлыках аромат нравился мне больше, чем само мясо, как бы хорошо ни было приготовлено.
Утром, позавтракав холодными шашлыками, оставшимися с вечера, я поехал в Ускудаму. Въезд в город был через тоннель в земляном валу, закрываемый воротами с обеих сторон. Над тоннелем что-то типа деревянной башни с навесом, где тусовалось с десяток лучников.
— Где живет шорник? — спросил я на греческом стражников, несших службу у внутренних ворот.
— Вот туда, а потом туда, — показал один из них рукой прямо, а потом налево.
Наверное, не знает, как лево-право на греческом, а может, и на родном языке тоже.
Улицы в Ускудаме грунтовые и кривые. Никакой канализации, но и сильной вони тоже нет. Точнее, пованивает только навозом. По улицам шастают черно-белые длинномордые свиньи, не обращая внимания на людей, за что частенько получают пинки под зад и не только.
"Шорник работал во дворе под навесом, шил сумку на длинном ремне, с которыми здесь ходят пастухи. Судя по всему, с заказами у него не густо. Он поднял удлиненную, как у всех мужчин-фракийцев, голову и с интересом начал разглядывать меня.
