Его выбор пал на… Через несколько мгновений до Марка дошло. Среди выбранных не было ни одного женатого. Ни одного молодого отца. Ни одного единственного сына у старых родителей. Ни одного последнего в дворянском роду.
Райкер отбирал… смертников?! По всему выходило — так.
МАЛЕНЬКАЯ СВАДЬБА И БОЛЬШИЕ ПОХОРОНЫ
Крики паники постепенно сменялись воплями отчаяния. Справа, совсем рядом раздался громкий треск и рухнул каретный сарай, подняв тучу золотых, жалящих искр. Народ шарахнулся в стороны. Генерал отмахнулся от них, словно от комаров. У него были дела поважнее, чем банальный пожар, пусть и магического характера.
— Вы не предупредили, что нам будет противостоять сильный огненный маг.
— Но, генерал Рино… — да, не предупредили. Как-то в голову не пришло. В Империи все знали, что младший Монтрез хорош в стихии огня и под настроение может погонять парочку демонов по аду, а что знают в Империи, то знают везде, правда же?
Оказалось — не правда. Фиолю не было дела до имперского гербовника.
— Я потерял почти два десятка отличных, преданных мне солдат! — отрубил седой мужчина с длинной, узкой бородой, в непривычной, красно-рыжей форме. В песках пустыни Маари этот цвет мог сделать воинов Священного Кесара невидимками, но здесь они бросались в глаза как птицы-попугаи.
— Генерал, это ужасная потеря и мы скорбим вместе с вами, — Цветочек присела в реверансе, — но это война, и потери неизбежны. Разве нет?
— О, да! — от всей души согласился генерал Рино, — потери неизбежны. С обеих сторон.
— Что это значит? — поинтересовался Араген.
Выдающимся интеллектом он не обладал, но как и каждый военный, чуял пристальный взгляд Серой Госпожи за тридцать шагов.
— Эти двоих — повесить на городских воротах, — распорядился генерал, — за предательство своей новой родины. И объявить, что так будет с каждым, из-за кого погибнет хоть один солдат Священного Кесара. Исполнять.
Цветочек несколько раз открыла и закрыла рот, как вытащенная на берег мурена… Слов не было. Куда-то делись в самый нужный момент. И Араген, как назло, молчал! Хозяин и защитник…
Араген молчал не потому, что ему было нечего сказать. Он четко понимал, что приказы не обсуждаются и не оспариваются, по крайней мере, если солдат хочет жить. Так что открывать рот было уже бесполезно. Разве что для молитвы Святому Покровителю.
— Куда исчезли эти мерзавцы?
— Они ушли морем, — адъютант почтительно поклонился генералу, — маги-водники проследили их путь. Лодка направилась к Свияжу.
— Ваша проницательность безмерна, как и военный гений…
Лесть генерал Рино пропустил мимо ушей.
— Эти… заговорщики недоделанные говорили что-то о приказе взорвать шахты?
Не говоря ни слова, вышколенный офицер протянул генералу свиток со сломанной императорской печатью.